Слышу негромкие голоса Дикарей. Их шаги, уверенно приближающиеся к двери спальни, а уже через минуту и их самих, остановившихся в дверях.
Да, кажется, в этот раз мне и правда удалось их удивить! Губы разъезжаются в глупой усмешке, когда замечаю округлившиеся от неподдельного изумления глаза этих мачо.
Они оба без рубашек. Влажная загорелая кожа, под которой бугрятся налитые кровью вены кажется мне до странного привлекательной. Задерживаюсь взглядом на широченных грудных мышцах, рельефных торсах с роскошными кубиками пресса и полосках жёстких тёмных волос, что спускаются ниже от пупков и скрываются под джинсами… Закусываю губы, чувствуя, что с них вот-вот сорвётся неприличный стон. Как же мне жарко! Странная пульсация между ног не даёт мне сидеть смирно, и я ёрзаю киской по кровати, чтобы хоть как-то унять это щекочущее ощущение…
И почему до сих пор я не замечала, насколько эти уроды привлекательны? Чёрт возьми! Да они просто боги секса! Теперь мне уже самой хочется ощутить их пальцы на всех тех местах, что они так нагло терзали вчера!
Я задыхаюсь… Господи! Я и правда задыхаюсь от желания! Но… как это вообще возможно?! Ведь ещё полчаса назад мне было жутко даже подумать об этом… ну а теперь…
Алиса… неужели эта таблетка… должна была не расслабить, а возбудить меня? Но… почему сестра не предупредила меня о таком эффекте? О том, что я буквально потеряю голову от желания? Что перестану себя контролировать?
- Ну привет, - Ник первым делает шаг ко мне, окидывая моё обнажённое тело нахальным взглядом. – Решила взяться за голову? Что ж, похвально…
Он идёт слишком медленно… От его голодного взгляда, блуждающего по теперь уже не принадлежащему мне телу, внутри всё сводит. Незнакомые дикие спазмы простреливают низ живота подобно сотне маленьких кинжалов. Терпеть это просто невыносимо!
Мужчина ещё даже не дотрагивается до меня, а мои соски уже заостряются, становясь болезненно-чувствительными, вытягиваются вверх и наливаются краской.
- Почему ты пришла? – голос второго, кареглазого с горбинкой на носу кажется более подозрительным. Его мощные, сведённые на груди руки устрашающе напряжены. Огромные мышцы перекатываются под бронзовой кожей. А в мою одурманенную голову не приходит ничего лучше, кроме как желание впиться в его руки ногтями и прочертить по ним алые дорожки.
С трудом отвожу от него взгляд и делаю судорожный вдох.
- Я… - язык еле ворочается в переполненном слюной рту. – Я передумала…
- Передумала? – Ник уже нависает надо мной, стоя около кровати.
Мужчина не смотрит мне в глаза. Его, видимо, интересует лишь моя покрытая мурашками возбуждения грудь с торчащими вверх твёрдыми сосками.
Дотрагиваюсь до них пальцами и обвожу по кругу, чувствуя, как всё тело отзывается сладким болезненно-острым трепетом…
- Что же заставило тебя передумать? –рестлер делает в мою сторону несколько шагов. В отличии от Ника он смотрит исключительно мне в глаза. Так пристально, внимательно, словно пытается заглянуть в самую душу…
Сердце начинает стучать ещё быстрее. Голова слегка кружится… Поспешно отвожу взгляд, боясь, что этот, второй, сможет разглядеть в нём то, что я так отчаянно пытаюсь скрыть. Знаю, что я сама должна поверить в то, что говорю, ведь только так у меня получится усыпить их бдительность!
- Я… - нервно сглатываю скопившуюся во рту слюну. – Я вас хочу!
Голос дрожит, но я говорю уверенно. Ведь сейчас, находясь под действием неведомой таблетки, я с полной уверенностью могу сказать, что это – чистая правда!
- А вчера ты пела нам другое, Пташка, - Ник без предупреждения запускает пальцы в мои волосы, спутывает пряди и тянет вниз, заставляя меня откинуть голову назад. – Пришла потрахаться, да? Даже день без членов выдержать не можешь?
Его голос твёрже стали. Эти резкие слова ранят меня, но я сцепляю зубы, чтобы не сказать лишнего.
- Я пришла расплатиться, - тихо говорю, глядя ему прямо в глаза. – И готова сделать всё, что вы скажете.
- Так ты признаёшь, что украла наши деньги? – Арс подходит ближе и опускается на кровать рядом со мной.
Быстро-быстро моргаю, чувствуя, как щёки становятся жаркими и красными. Враньё всегда давалось мне с большим трудом, и вот сейчас, в этот роковой момент, я ужасно боюсь, что моя неискушённость всё испортит!
Собираюсь с духом и облизываю пересохшие от волнения губы. Отпираться бесполезно. Если сейчас я буду настаивать, что денег не брала, то от этого будет только хуже…