Останавливаюсь, не доходя пары шагов до нашего сегодняшнего ночлега, и осматриваю окрестности. Насколько это позволяют частые кучи сложенных домов.
Никого. И тишина. А внутри все также звенит звоночек.
Правда, помимо тихого, но не прекращающегося звона тревоги, желудок тоже дает о себе знать. Действительно, уже давно пора ужинать.
Нужно быстро расправиться с ужином, чтобы дать остальным отдохнуть, как только они подойдут.
Размашистыми шагами захожу внутрь своеобразного укрытия и прохожу мимо уставших, но веселых техников примерно до середины помещения. С противоположной от них, дальней, стены уже расположились и приготовились ужинать два других бойца из моей команды.
Останавливаюсь, не доходя до них несколько метров. Как раз там, где над головой заканчиваются обломки потолка.
Внутри довольно чисто, нет ни мусора, ни тех же остатков от обвалившейся крыши. Как будто кто-то заранее здесь всё прибрал.
Наконец, понимаю, что именно не давало мне покоя.
— Никто не сказал, нашли ли сами какое-то подходящее место, — произношу то, что меня мучило всё это время.
— О чем ты? — спрашивает меня Денис из Карателей за спиной.
Оборачиваюсь на его голос. Бойцы даже не присели.
— Когда вы пришли. Никто из вас ни слова не сказал, нашли ли вы что-то или нет.
— А зачем, если я и так уже это сделал? — отвечает заместитель.
Никто из Карателей не достал свои рационы. Просто стоят у разных стен, как будто выжидают что-то.
— Да. Но когда они пришли, этого еще не знали, — зачем-то продолжаю я, хотя и так уже всё понятно. Просто я всё еще отказываюсь в это верить. — И вели себя так, как будто знали, куда мы отправимся.
Стоим, молча уставившись друг на друга. Затихли даже техники. И вдруг все приходит в движение.
Бойцы из Карателя направляют свои винтовки на меня, прежде чем я успеваю это сделать сам. Что неудивительно, потому что они и так были наготове.
Раздается серия выстрелов, перемешанный с испуганным женским криком.
Руки и бердо обжигает. Чувствую, как одна из пуль проходится по касательной от моей скулы на лице, разрезая кожу.
Слышу стоны боли из угла, где должны были находиться двое из моей команды.
Крик все не прекращается, оглушая мои барабанные перепонки.
Получаю множество попаданий прямо в грудную клетку, о которых меня отбрасывает назад. Даже не знаю, что сейчас громче: выстрелы или крики техников.
Черт, даже одного предателя не успел грохнуть. Позорище…
Валюсь на пол, сильно ударяясь затылком, и тут же отключаюсь.
3. Покорёженный… квадрат?
Возвращение сознания происходит довольно болезненно. Осознание произошедшего больно врезается в голову. Болит все — руки, бедро, щека и особенно грудь. И, конечно же, голова.
Как я остался жив? Почему меня еще не добили?
Прислушиваюсь, стараясь что-нибудь услышать за оглушающим стуком крови в ушах. Но безуспешно.
Либо ушли, либо я оглох.
Осторожно открываю глаза, чтобы подтвердить одно из предположений. Никого…
Понимаю, что не получил контрольного только из-за того, что обычно никому не удается выжить после серии выстрелов в грудь.
Перевожу глаза немного в бок, не поворачивая головы. С моего места видно тела двоих из моей команды. Они не успели даже встать…
Замечаю, что их хорошенько обчистили. Рядом отсутствуют рюкзаки и винтовки. Уверен, что пистолетов и ножей тоже нет. И, скорее всего, у меня.
Меня спасла пластина, которую перед выходом дал мне Енисей.
Повезло, что, когда единственный раз я её вытаскивал, никого из Карателей рядом не было.
Спасибо тебе, Сеня. Если удастся еще раз увидеться, обязательно как следует отблагодарю тебя.
Но не особо питаю иллюзий по этому поводу. У меня с собой ничего нет. Я бы на их месте не оставил ничего полезного, чтобы можно было хоть как-то свалить вину на собирателей. Мол, поглядите, убили, чтобы обчистить.
А еще я ранен. А до дома два месяца пути. Своими силами мне туда не добраться.
Пояс оттягивает вниз что-то весомое. Обычно, там находятся усовершенствованные наручники. Как будто посмеяться решили, оставив их мне.
Ну спасибо. Теперь я хотя бы смогу пленить какого-нибудь монстра и заставить отвести меня в Доминион. Если, конечно, силенок хватит.
Перевожу взгляд на чистое звездное небо, которое виднеется из-за края обломавшейся крыши.
Всё еще ночь, поэтому я недолго валялся в отключке. Может быть, пару часов…
Прикрываю глаза. Нужно прийти в себя и набраться сил, чтобы вернуться домой. От смертельных повреждений спасла пластина. А со всеми остальными ранами жить можно. Жаль, конечно, что аптечка со всеми лекарствами была в рюкзаке. В следующий раз буду хотя бы таблетку заживляющего в кармане таскать.