Глаза у нее тут же расширяются до огромного размера, когда она узнает, что это такое. Вскакивает и бросается назад. Но недостаточно быстро. Нажимаю на специальную защелку, и второй конец выстреливает вперед, четко захватывая её руку в ободок. Второй сразу закрепляю на свою левую кисть.
Девчонка рвется, но уже слишком поздно.
Поняв тщетность попыток вырваться, она достает самодельный нож (хорошо сработанный, кстати) и быстрыми движениями начинать пилить лезвием по шнуру, соединяющему нас.
— Бесполезно, ты же знаешь. Материал слишком устойчивый для обычного ножа. Здесь нужен специальный аппарат.
Поднимает на меня свои разъяренные глаза, из которых разве что молнии не летят. Что, этого ты совсем не ожидала?
— Есть еще один вариант, — замечает она, немного успокоившись.
— Ты же не думаешь, что я позволю тебе это сделать? Отрезать мне конечность?
— Если сначала прикончу тебя, то ты уже не будешь сопротивляться.
Что ж ты все никак не сдашься и просто не поможешь мне?
— Ты не можешь этого сделать, — напоминаю я. — Если на мне найдут следы каких-либо ранений, которые хоть как-то можно связать с собирателем, то здесь всё вверх дном перевернут. И не только здесь.
— Да черт! — в сердцах бросает она. Затем задумчиво закусывает краешек нижней губы и успокаивается. Почти. — Тогда просто подожду, пока сам коньки отбросишь.
Логично. Но не совсем.
— Ты, конечно, можешь подождать. Только есть одно «но».
— А ты невероятно бесишь, в курсе?
Ухмыляюсь этому взаимному чувству. Откидываюсь обратно на спину. Перед глазами снова оказывается пока еще звездное небо.
— Скоро сюда придут те, кто это сделал со мной. Чтобы закончить начатое.
А вот это неправда. Они, скорее всего, уже спешат к своему заказчику, чтобы поскорее сдать добычу и получить вознаграждение. А так как за мной до сих пор никто не пришел, это значит, что из моей команды больше никого не осталось.
Но ей-то это откуда знать?
— И что? Пусть заканчивают. Мне это даже на руку. Точнее, от руки, — немного потрясывает запястьем, заставляя шнур немного покачиваться.
— Как думаешь, что они сделают со свидетелем? — задаю наводящий вопрос, уже не особо надеясь, что её может хоть что-то пронять. У нее как будто на всё есть свой неправильный ответ. Бесит.
Молчание затягивается настолько, что приходится повернуть голову обратно в сторону девушки.
Ненависти в глазах неожиданно нет. Там сейчас только глубокое осознание своего ближайшего будущего. Неужели сработало? Серьёзно?!
4. Склянка
— Черт! — восклицает девушка голосом, на несколько октав выше, чем раньше. — И чего ты хочешь?!
— Помоги мне выбраться отсюда…
Две секунды на обдумывание и она, наконец, решается. Подскакивает ко мне и помогает принять сидячее положение. Раны болят, но двигаться могу — уже обнадеживает.
— Сколько у нас времени? — быстро взяв себя в руки, деловито спрашивает она, сначала убедившись, что я не грохнусь без её помощи.
Теперь могу немного ее рассмотреть. Немного вытянутое с острыми чертами лицо, тонкие губы и маленький вздернутый нос. Густые длинные ресницы завораживающе обрамляют яркие голубые глаза. Брови нахмурены, отчего девчонка выглядит сейчас очень решительно. Каштановые волосы собранны сзади в небрежный хвост.
«Довольно симпатичная», — выношу свой вердикт мысленно.
— Не могу сказать, — теперь главное играть свою роль и не ошибиться. — Может быть, полчаса, может быть, полдня… Что ты делаешь?
Замечаю, что она поднимает рядом лежащую пластину, которую дал мне Енисей.
— Это тоже возьму, — с трудом запихивает в свою и так уже переполненную сумку. — Продам подороже.
А она все-таки внимательно меня слушала. Это немного забавляет меня, но сдерживаюсь, чтобы не подать виду.
Девушка поднимает мою руку, и ловким движением подныривает под нее, предоставляя мне возможность встать, уперевшись.
Стараюсь не наваливаться всем весом, так как она не выглядит особо сильной. А то еще поломаю ненароком. А она мне еще понадобится.
Медленно, но всё же идем таким образом какое-то время. Бедро дает о себе знать каждый раз, когда приходится наступать на эту ногу. К тому же заваленный путь совсем не помогает.
Девушка останавливается ровно перед очередным обваленным зданием. Сдвигает ногой один из множества таких же обломков. Затем еще один. И еще.
И перед нами открывается проем, ведущий в темный подвал. Точнее, в то, что от него осталось.
Мы здесь проходили, когда заместитель Карателей вел нас к прошлому месту. Никогда бы не догадался заглянуть сюда. Отличный тайник.