— Ни в коем случае, наши жители этого не поймут, многие ведь считают её могущественной колдуньей.
— Хезарис бы их побрал, ваших жителей, — с досадой произнес Добрая Петля, — видимо, придется её слушать.
— Не беспокойтесь, — аптекарь обаятельно улыбнулся, — обычно она не слишком много болтает.
— Карон, внемли мне! — в очередной раз повторила старуха. — Солнца Свет снизошёл наконец на наш город и сжёг ненавистную гадюку, пожиравшую его дочерей. С этим светом явились и люди, пленившие слуг проклятой змеи. Эти люди горды и справедливы, но они, о Карон, не умеют читать в твоих душах, как это делаю я уже много лет…
— Всё-таки у меня уже руки чешутся её заткнуть, — проворчал законник.
— Да помолчите вы сами! — одернул его воевода.
— Сегодня моими устами говорит само Небо! — продолжала безумная вещунья. — Оно ниспошлет страшную кару истинным преступникам и защитит от смерти тех, кто чист перед Кароном!
— В этом она ошибается, — тихонько усмехнулся Довчарм, — страшные кары тут посылаю я!
— Дай же знак нам, о Небо, что я верно истолковала твою волю!
— Знак! Знак! — подхватила толпа.
Прошло некоторое время, а ничего примечательного так и не случилось, и Добрая Петля начал волноваться:
— Давайте начинать, ясно, что нечего больше ждать, — сказал он достаточно громко, так, что это достигло и ушей колдуньи.
— Чужеземец, ты стар почти так же, как и я, — ответила та, — но за свою долгую жизнь так и не научился смирению, потерпи ещё немного, знамение будет.
И тут доселе прекрасная погода неожиданно начала портиться, тучи застлали светило и, в довершение всего, раздался раскат грома, после чего всё также быстро прекратилось. Люди на площади восторженно зашумели, а Чёрная Кошка, стоявшая поодаль, в этот момент вдруг упала на одно колено. Алексим заметил это и попытался встать со своего места, но законник ухватил его за край плаща:
— Извольте исполнять свой долг, милорд! С вашей подружкой ничего страшного не случилось.
Иланец одарил судью взглядом, полным презрения, но всё же сел обратно. А жрица Абилис тем временем поднялась на ноги при помощи Азанны.
— Что с тобой? — удивленно спросила Дочь Тумана.
— Всё в порядке, — слабо проговорила илсази.
— Но у тебя же руки ледяные!
— Это нормально, помоги мне лучше дойти до замка. Мне нужно поесть и согреться прежде, чем к нам приведут людей на лечение.
— А ты уверена, что справишься? Лорд Виго, наверняка, отправил бы тебя отдохнуть.
— Не беспокойся зря, он всё видел.
Когда девушки подошли к воротам, оттуда как раз выводили Тирка с тестем и Нуция Ренса — первую тройку подопечных Кутепа, а за ними на телеге везли тела самоубийц.
Прошло около часа прежде, чем двоих каримцев вернули во двор крепости. Их окровавленные спины, изорванные в лохмотья, представляли собой жалкое зрелище, но всё же оба мужчины пребывали в сознании, что было не так уж и плохо.
— Горбун помер, — сообщил девушкам Лайлс, возглавлявший тех, кто сопровождал наказанных, — а этих мне велено отдать вам.
— Пусть отведут в жилые покои, мы там подготовили пару комнат, — ответила телохранительница, — я покажу!
— И ещё наш командир просил передать лично вам, миледи, — староместский воин обратился к Мии, — благодарность от себя и городского Совета за то, что вы сегодня сделали.
— Спасибо и тебе, и Алексиму! — она засмеялась. — Уж не ожидала услышать в свой адрес «миледи», тем более от человека, который и господина-то своего лордом никогда не называл.
— Нам не положено, — смущенно проговорил дружинник и поспешил на поиски Фила, для которого он должен был передать приказ выезжать немедленно.
Илсази же отправилась в казармы. Завидев её на пороге, Лара тут же вскочила.
— Что с Тирком? — в волнении воскликнула она.
— Он здесь, живой и с неплохими шансами на выздоровление, — обрадовала её Милисса, — но вот папаша твой казни не перенёс.
— Не велика потеря!
— Как, тебя нисколько не задевает смерть отца? — удивилась телохранительница.
— Можете считать меня плохой дочерью, но это так, — подтвердила она. — Мне не за что было любить его: этот мерзавец сгубил мою сестру и загнал мать в могилу, да и меня собирался продать на мыло. Конечно, я похороню его кости, но больших почестей от меня он не дождется!
— Да, не самая весёлая история, — заключила Чёрная Кошка. — Давай-ка лучше отведу тебя к мужу, если ран его не убоишься.
— Нет, что ты! Для меня главное — это увидеть его!
— Вот и прекрасно, тогда пойдём! Илия, ты тоже, у нас там скоро прибавится работы.