— Да странная немного: ходит в мальчишеском платье, управляется с лошадью и оружием не хуже моих дружинников, а теперь ещё и воевать собралась. Главное, отвадить её от этих привычек нет никакой возможности… ужас, какая упрямая!
— Ну, перевоспитать её у тебя всё равно не получится, так что могу только посочувствовать, — усмехнулась илсази и убежала, оставив иланца одного.
На следующий день Нельон предложил своим агентам воспользоваться его лошадьми, оружием и серебром. Никин согласился на проворного вороного из конюшен Логова, ибо излюбленный его Лис-Лис, захворав, был оставлен во Вратах Леса. Мия взяла горсть серебряных грифонов, так как собственные ланиссийские деньги у неё водились крайне редко. Алексим же от даров отказался, сказав, что недостойно Виго принимать помощь от кого бы то ни было.
Завершив сборы, трое тайных посланцев отправились на поиски сторонников. Двадцать пять верст до Средины они преодолели вместе, а дальше их пути расходились: Алексим свернул на юг, дабы выбраться на дорогу, ведущую в Террон, Милисса — на север, а её брата ожидали незатейливые восточные ворота.
К вечеру второго дня Чёрная Кошка, оставив позади и столицу, и земли Мерраса, которые впоследствии должен был посетить Никин, оказалась перед мостом через Линон.
В десяти верстах к северу лежал город, где трое гонцов намеревались встретиться после выполнения задания, и девушка решила для начала осмотреть Большой Утёс, дабы через месяц не пришлось искать место сбора.
Преодолев укрепления, состоявшие из частокола, немногим более надежного, чем в Грини, илсази оказалась на широкой улице, вдоль которой, начиная от самой стены, тянулись лавки местных купцов, изредка чередующиеся с ремесленными мастерскими. На пороге многих из них, да и просто посреди дороги стояли ребятишки, звучным голосом зазывавшие прохожих в хозяйские заведения.
От шума и дикого смешения запахов новому здесь человеку могло стать не по себе, но Мия старалась не обращать особого внимания на царящий кругом беспорядок. Оглядевшись, она подозвала к себе одного из мальчишек:
— Скажи, ты знаешь, где таверна братьев Лакро?
— Конечно! — важно ответил тот.
— Отведёшь меня туда?
— А булку купишь?
— Ты что, голоден?
— Меня не отпустят, если не приведу покупателя.
— Ладно, пойдём посмотрим, чем у вас торгуют, — согласилась жрица Абилис и, спешившись, направилась к магазину вслед за ребёнком. — Ну, говори, что тут самое вкусное?
— Да, всё, — пролепетал он, в то время как хозяин лавки довольно заулыбался и принялся нахваливать свой товар.
— Я поняла, — Чёрная Кошка выдержала паузу, делая вид, что ей действительно интересно слушать о «восхитительно изумительно ароматных, душистых» кренделях и булочках, и указала на первую попавшуюся, — я возьму эту!
— Превосходный выбор! — воскликнул пекарь, ибо эта простенькая на вид лепёшка оказалась вовсе не самой дешевой.
— А лучше две, — добавила илсази, взглянув на сглатывающего слюну паренька. — Ещё мне нужно увести ненадолго твоего помощника.
— Помощника, смеешься? Это же мой племянничек, оболтус, проку с него никакого. Так что забирай, коли хочешь, пусть только к вечеру вернется.
Выйдя на улицу в сопровождении мальчугана, Мия протянула ему едва купленное лакомство.
— Держи, сытый наш! — сказала она, — а то ты так на неё смотрел, будто дня три ничего не кушал.
— Спасибо, — он с жадностью принялся за съестное, — меня, вообще-то, ещё вчера кормили.
— Что-то не больно дядя тебя жалует.
— Я бы так не сказал, он семью нашу приютил, когда мы дома лишились.
— А что случилось?
— Батя как-то набрался, да его и спалил. Думали, хоть пить бросит, а он ещё больше стал. Маменька за него переживает, плачет всё время, а сделать ничего не может. Уж лучше бы их вовсе не было, таких-то родителей.
— Зря так говоришь, они же тебе не чужие, какие бы плохими не казались. Ты бы их попробовал поддержать, помог отца от его привычек отучить, глядишь, всё бы наладилось.
— Тебе легко судить, у тебя-то, наверное, таких проблем нет.
— Есть другие. Я, к примеру, долгое время считала себя сиротой, а вот недавно познакомилась со своей мамой.
— Как это?
— Видишь ли, мы думали друг о друге, как о погибших, оказалось, что это не так, — пояснила Мия. — Всякое на нашем веку может случиться, главное не унывать!
Ещё около получаса они, оживленно беседуя, брели по серым переулкам Большого Утёса и вскоре вышли к западной стене защищавшего город частокола.