— Ха, ну не молодцы ли мои ребята! — весело воскликнул Виго. — Где они сейчас?
— Дрыхнут у Охотника, отделил их от остальных.
— Пойду будить! Пока позаботься о моих спутниках и распорядись, чтобы здесь после обеда было девятнадцать лошадей и пять конюхов, готовых к походу, — с этими словами он направился во второй двор, где располагался большой колодец.
Набрав ведро воды, Алексим пошёл в восточную башню, на первом этаже которой, как попало, спали его дружинники.
— Подъем, лодыри! — крикнул лорд, щедро полив тела, ближайшие к двери. — Эй, Кивис, растолкай-ка других!
Негромко ругаясь, мужчины начали потихоньку вставать с тюфяков и подстилок, на сегодня заменивших им постели. Однако, заметив воеводу, они притихли, перестали ворчать и робко выстроились посреди помещения.
— Ну и кто это всё затеял? — сурово спросил тот, оглядывая своих воинов, облаченных в грязные рваные одежды и богато разукрашенных синяками и ссадинами.
— Я, командир, — тихо проговорил Громовержец, — мне показалось, что мы лучше сможем изобразить наемников, если заранее попробуем вести себя, как они.
— Хороши артисты, аж нашего хранителя перепугали! Послушай, Мак, ты ведь мне рассказывал, что до битья в гонг играл в балагане исключительно драконов и прочих чудищ, как же ты там в роль вживался: рушил замки да девиц похищал? — среди присутствующих пробежал небольшой смешок.
— Нет, я только в поле стога иногда колотил, — смущенно ответил тот.
— Вот надо было и это делать в поле или в лесу, а не в Старом Месте! — заметил воевода. — Ладно, идите теперь все на кухню, пусть вас сперва хорошо покормят, а после будете извиняться перед Койнуром за то, что перестарались. Часа через два выезжаем!
— Я что-то не понял, — растеряно произнес бывший актер, когда лорд покинул башню, — это он меня сейчас ругал или нет?
— Скорее хвалил, — отозвался Кивис, выжимавший рубаху, — ругается он по-другому.
После обеда Алексим позвал всех трёх своих спутниц в оружейную.
— Ми, подбери, пожалуйста, себе лук, — попросил он, когда они пришли, — Олк, помнится, был в восторге от твоей стрельбы.
— Мне тогда просто повезло.
— Не важно, самых метких я оставил в замке, так что конкуренции тебе всё равно никто не составит. Да и было бы убедительней, если бы я нанял хрупкую девушку именно как лучницу или охотницу.
— Хорошо.
— И клинок себе тоже поищи новый, а то твоя трезорская железяка, хоть и лучше предыдущей, но тоже никуда не годится, — посоветовал он и обратился к лисанским девам, уже переодетым в простое дорожное платье, — теперь с вами, дамы. Что предпочитаете?
— Но ведь мы поедем как рабыни, — заметила Илия с улыбкой, — вряд ли им разрешают носить при себе оружие.
— Я отдам его своим воинам, а они уже передадут его вам при первой же возможности.
— Это меняет дело! — радостно воскликнула Азанна, бросившись рассматривать местный арсенал, и вскоре выудила из него пару кинжалов и несколько метательных ножей; последовавшая за ней подруга ограничилась лишь небольшим коротким мечом.
— Лорд Виго, у нас есть просьба, — сказала она, рассматривая своё приобретение, — когда вы передадите нас этой злобной леди, посоветуйте ей связать нас.
— Зачем?
— Не хочется оставаться с пустыми руками, — пояснила шатенка, — а верёвка, если уметь с ней обращаться, может многое сделать.
Закончив в оружейной, они вышли во двор, куда уже выводили подготовленных к походу лошадей. Около южной башни столпились дружинники, наперебой извинявшиеся перед Койнуром, а из центральной как раз спускались Ник с Довчармом.
Глава 14
Вскоре сборы окончились, и всадники двинулись в дорогу. Первая стоянка была намечена во Вратах Леса, принадлежащих семье Тэро, и не представляла никакой опасности.
На вторую ночь они разбили лагерь в маленькой рощице на территории Винсала, вёрст на десять отойдя от моста через Андил.
С рассветом третьего дня воевода отправил вперед Ника в сопровождении законника и двух человек из своей дружины. Одним из которых стал Кивис, имевший вечером небольшую стычку с Илией. По пути он пытался слишком рьяно любезничать с девушкой, за что получил в подарок едва не выбившую его из седла пощечину, оставившую кровавый след на лице.
К вечеру, когда до Карона оставалось около двадцати верст, неудавшийся ловелас и его напарник Дивен вернулись, сообщив, что их спутники, вероятно, уже в городе. Встретившись с разведчиками, отряд свернул в лес, где и было решено устроить последнюю ночевку.