— Ради правосудия!
— Это глупо, — воскликнул Алексим, — я не дам вам глумиться над трупами тех, кто погиб в бою.
— А их госпожа? Я слышал, она нас тоже покинула, но для неё-то обязательно нужно исполнить приговор.
— Ладно, Милу я отдам.
— Итак, сколько у вас живых пленников? — продолжил Довчарм.
— Тридцать шесть, но участвовали в похищениях девушек далеко не все.
— Не важно, они знали, что здесь творится, и не сообщили об этом в Нисс!
— В таком случае, можно вешать хоть весь город, — выпалил воевода, — но боюсь, у Нельона не хватит на это денег.
— Что вы от меня-то хотите?! — взбешённо вскричал старик. — Чтобы я отпустил преступников с миром?
— Придумайте что-нибудь не столь радикальное для тех, кто провинился в меньшей степени. Мне нужны люди, чтобы управлять замком и охранять город, или это смогут сделать грифоны с ваших монет?
— Не учите меня делать мою работу, я в этом без малого шестьдесят лет!
— Тем не менее, король нас обоих назначил судьями! А ведь будет еще и третий, от городского совета.
— Прекрасно, тогда при нём и поговорим!
Крайне раздраженный Виго вернулся в замок и сразу же направился в темницу. Проходя мимо бань, он легонько усмехнулся, заметив, что решетки завешаны ткаными полотнами, но это приободрило его лишь на мгновение.
В большой камере стонали раненые, лорд осведомился об их состоянии у лекаря, находившегося там же, и получил ответ, что большинство лучников стрелять уже не будут.
Алексим подошёл к двери, за которой содержался седовласый капитан, и попросил отпереть.
— Выходи, Нуций! — потребовал воевода. — Прогуляемся, мне с тобой потолковать нужно.
— Что-то вы не в настроении сегодня, — позволил себе заметить пленник, когда они очутились во дворе.
— Твоё я тоже сейчас испорчу, — отозвался тот, — законник короля собрался всех вас перевешать.
— Не самая радостная новость, но я был готов к такому повороту.
— А я нет. С твоих слов вчера я понял, что ты не участвовал ни в убийствах девушек, ни в похищениях.
— Это так.
— Были еще люди, поступавшие так же?
— Конечно, госпожа никого не заставляла заниматься этим против воли. Я мог бы поручиться за двоих своих сыновей, всех лучников и ещё с десяток из стражи — они никого не насиловали и не топили, — он тяжело вздохнул, — да, только, многие из них уже погибли.
— А слуги?
— Все мужчины, кроме, пожалуй, старшего конюха чисты, да и про последнего лишь слухи ходили. А вот те четыре женщины — сущие бестии, это именно они придумывали разные издевательства и наказания для пленниц, а ведь сами когда-то попали в замок подобным образом. Как можно превратиться в подобное чудовище! Да и наша хозяйка, раньше она была такой очаровательной девочкой!
— Так ты давно с ней знаком?
— Она не из знатного рода, отец Милы был купцом. В детстве мы жили по соседству, дружили, одно время я даже пытался за ней ухаживать, но из этого ничего не вышло. А потом, когда я уже поступил на службу, её приметил лорд Тимвей. Он был старше на двадцать четыре года, к тому же она его не любила, но очень хотела возвыситься, так что поженились они быстро. Около десяти лет леди блистала на балах и утопала в роскоши, но во время смуты Лорана наш правитель, так и не оставив наследника, погиб. Госпожа надеялась снова выйти замуж, но знатных холостяков не интересовала тридцатилетняя вдова сомнительного происхождения, а на меньшее она бы не согласилась. И вот тогда она решила сохранить единственное, что имела — красоту. Уж не знаю, кто подсказал ей такой способ, но ей он пришелся по душе, и чем больше она волновалась за свою привлекательность, тем чаще и многочисленнее становились жертвоприношения. Жаль, что всё так трагично закончилось, но я рад, что вам удалось спасти хотя бы дюжину невинных жизней.
— Пока не закончилось, — возразил воевода, — я постараюсь сохранить еще несколько.
— А вы что же, не считаете нас преступниками? — усмехнулся Нуций.
— Не уверен. Но одно могу сказать точно, мы не на войне, и посему вешать людей только за верность присяге я не собираюсь!
Вернув каримского капитана в темницу, Виго зашёл на кухню, где чаял чем-нибудь перекусить. Однако лишь он зачерпнул себе супа, как перед котлом тут же возникла Милисса.
— Это еще не готово! — строго сказала она.
— Мне всё равно, позже я не смогу сюда прийти.
— Ладно, раз ты такой занятой, то держи, — она протянула ему лепёшку.
— Сама пекла?
— Нет, Дочери. Я как раз о них собиралась потолковать, хочу отвезти их в Ирли-вилим ненадолго. Целители илсази помогут Илии выздороветь значительно раньше.