— Ладно, я передам своим людям, чтобы пропустили вас в замок с парой помощников, — предложил иланский лорд. — Займётесь этим сегодня?
— Да, когда всё объявим.
— Только нужно сначала определиться, что делать с Тирком и тем горбуном, — напомнил воевода, — чтобы ради них снова суд не созывать.
— Тут всё просто: если ваш словоохотливый капитан прав, и Лара жива, обоих родственничков следует высечь, а если нет — парня отправим к остальным «охотникам» леди Тимвей, а папашу отпустим, но сперва я лично отхожу этого хама его же палкой, чтоб не смел больше пачкать королевское знамя!
Закончив сей совет, все трое встали, и Довчарм громко озвучил их последние решения собравшимся внизу. Казни были назначены на завтрашний полдень, а по их завершении воспрещалось снимать покойников с виселиц в течение двух недель. После Алексим объявил, что через пару часов на площади будут жечь погибших во вчерашней битве и пригласил близких забирать кости.
Народ стал потихоньку расходиться, а судьи тем временем спустились с помоста. Законник достал кошель с королевскими деньгами, отсчитал себе некоторое количество монет, а остальное протянул иланскому правителю.
— Это мне зачем? — удивился тот.
— Вы лучше знакомы с этим городом, поэтому хочу попросить вас рассчитать старый Совет и нанять палачей, а я пока договорюсь с плотниками о завтрашней работе.
— Заодно накажите им ещё и южные ворота починить, — предложил Виго, вернув часть серебра. — Мифит, давай-ка в замок сперва зайдем! А то я сейчас так голоден, что готов сам кого-нибудь прикончить. Довчарм, вы с нами?
— Нет, я сразу за мастерами.
Однако оказавшись внутри, воевода первым делом направился не на кухню, а в казарму, где, как и предполагал, нашел Фила.
— Какого мнения ты о нашем пленнике Нуции Ренсе? — спросил у него лорд.
— Честный солдат, — пожал плечами южанин.
— Вот и мне кажется, вы поладите. Забирай его из темницы и седлай лошадей — поедете с ним искать эту горбунову дочку.
— Понял, постараемся вернуться поскорее!
После Алексиму и его спутнику всё-таки удалось добраться до опустевшей по завершении обеда трапезной. Еды оставалось не много, но всё же нашлось, чем перекусить. Собственноручно положив себе и кузнецу по миске овощного блюда, малосъедобного на вид, иланский правитель предложил присесть.
— Скажи, Мифит, — поинтересовался он, когда оба расположились за столом, — что ты задумал, когда наш законник выбирал казнь тем, кто не участвовал в зверствах леди?
— Я знаю, кто должен быть исполнителем. Лет двадцать назад, когда был ещё жив старый лорд, у нас был превосходный мастер кнута. Он мог убить одним ударом или же хлестать жертву целый час, заставляя страдать, но так и не нанеся серьезных травм. Последнее время к его услугам прибегали редко, он на мели и перебивается случайными заработками, но я уверен, навыков своих он не растерял.
— Хорошо бы, такой человек нам пригодится. Пойдём за ним сразу, как я закончу здесь.
Раздав ещё несколько приказаний, Алексим вместе с кузнецом отправился в город. На его окраине они постучали в дверь небольшой неказистой хижины, которую открыл рыжий субъект лет сорока пяти, обладавший весьма странной наружностью: несмотря на просторные одежды, в глаза бросалось, что и его левая рука, и плечо заметно больше и сильнее правых, да и голова немного склонялась набок.
— Что нужно? — хриплым голосом спросил хозяин.
— Здравствуй, Кутеп! — поприветствовал того каримец. — Я привел к тебе лорда Виго, ланиссийского воеводу.
— Ого, а что вы-то от меня хотите?
— Королевский законник приговорил двадцать человек к битью кнутом завтра в полдень, — начал иланский правитель, — но нам нужно, чтобы все эти люди, хорошенько запомнив сию процедуру, остались не только живы, но и вернулись к своим занятиям через пару недель после порки.
— Двадцать — это много, — задумчиво протянул палач.
— Так ты отказываешься?
— Ну что вы! Только размышляю вслух.
— А сможешь осилить такую работу? Говорят, ты давно не при делах.
— Обижаете, вот покажу сейчас, на что способен! — Кутеп пригласил гостей войти в небольшой сарай за домом, где среди разбросанных в беспорядке ржавых инструментов находился просторный ящик с несколькими превосходными хлыстами.
Он взял самый маленький из них и, приметив в полумраке притаившуюся на стене муху, указал на неё. Раздался свист и щелчок, после чего насекомое упало. Тем же способом хозяин прикончил ещё нескольких, не промахнувшись ни разу.