Я полагал сказанное про волшебника верхом остроумия. Но Лайра восприняла это иначе.
- У нас таких волшебников нет. В деревне есть два предсказателя – дед и его внук, которые по звёздам и по каким-то другим приметам определяют, когда в следующий раз ущелье раскроется, и на сколько. Они почти не ошибаются. Заставить же ущелье раскрыться… Даже не слышала. Наши протоптали дорожку в обход, но получается два дня в одну сторону. Мужчины иногда ходят так в Бершет. В тот год, когда ущелье не открывалось – я тебе рассказывала – мой отец несколько раз ходил: за солью, мукой, пряностями.
- И за шоколадкой для маленькой девочки,- я вспомнил её слова, что это было, когда она ещё не ходила в школу. Но Лайра отрицательно покачала головой.
- Это было бы нечестно по отношению к другим детям. Он ходил для всех.
Мысленно обозвал себя идиотом. У них же коммуна. Её отцу, наверное, и в голову не пришло, что можно принести подарочек только своей дочке. Коммуна на первом месте, семья – на втором.
- А сегодня? Сегодня до какого часа ущелье будет открыто?
Лайра посмотрела на часы, вмонтированные в приборную панель.
- Ещё три с половиной часа.
- Что будет, если ты опоздаешь?
Лайра молчала. Я сбавил скорость – до пункта назначения оставалось пять километров, и это было единственной возможностью хоть как-то продлить нашу поездку.
- Пойду пешком.
- Будешь идти два дня по горам? – ужаснулся я.
- Я сильная и выносливая.
- Не страшно?
- В горах мне некого бояться. Это не ваш мир, - она вдруг вскинула голову. – Ты знаешь, почему я пошла до следующей остановки пешком? Думаешь, по глупости? Нет, там оказался какой-то неприятный мужчина, который смотрел на меня, как волк на овцу. И я видела – глазами он уже раздевал меня. Мне стало настолько противно, что я выскочила под дождь. Думала – следующая остановка близко.
Моё сердце дрогнуло. Как же я не догадался, что причина была столь тривиальная и столь мерзкая!
- А мне ты поверила?
- Я увидела твои глаза, и поняла, что ты…другой. Я вижу людей насквозь. Говорят, что это талант такой. Поэтому мне будет очень больно расставаться с тобой.
Она положила свою левую руку на мою. Я не стал отрывать руки от руля и некоторое время – пока не появились первые дома – она словно помогала управлять машиной.
- В конце посёлка маленькая площадь. От неё отходит вправо грунтовая дорога. Свернёшь туда. Не бойся, дождь её не размыл. Через четыре километра начнутся скалы. Увидишь скалу, напоминающую двузубую вилку. Перед ней площадка. Там мы распрощаемся.
Её голос стал жёстким.
- Но почему? Почему ты не можешь остаться здесь на какое-то время?
Лайра опустила голову.
- Макс, ты очень хороший человек. Но ты не сможешь жить у нас, а я не сумею жить здесь. Мы из разных миров.
- Между нашими мирами много общего. Ты даже не представляешь, сколько.
- Может быть.
Мы проехали посёлок и я свернул на грунтовую дорогу. Ехать приходилось осторожно, объезжая ямы и камни, попадавшиеся по пути. Лайра молчала, и мне с каждой секундой становилось всё тоскливее.
Наконец я увидел гряду скал, и выделяющуюся высотой ту самую, двузубую, как вилка, скалу.
На площадке перед двузубцем, возле небольшой горки ящиков, стояла старенькая «Мицубиси-Паджеро». Машина явно хотела тронуться в путь, но, завидев нас, остановилась. Из неё вышли двое.
Едва я остановился, Лайра выскочила из автомобиля и бросилась к «Паджеро». Через секунду она повисла на шее мужчины лет шестидесяти, стоявшего у старенькой машины. Что-то сказала ему, и они все повернулись ко мне.
Пришлось опустить стекло. Выходить я не хотел.
Мужчина полупоклоном поприветствовал меня:
- Спасибо, что спасли мою внучку. Мы уже не знали где искать. Как сквозь землю провалилась.
- Выходи,- требовательно сказала Лайра. – Покажу тебе волшебное ущелье. Чтобы ты не думал, что я сказки рассказывала.
Дедушка строго посмотрел на Лайру. Она скорчила физиономию – мол я знаю, что делаю, не вмешивайся. А я всматривался в лицо стоявшего подле машины старика. Ему восемьдесят четыре? Если бы мне предложили угадать его возраст – я бы с полнейшей уверенностью сказал – не больше шестидесяти. Лайра не преувеличивала?
Дед столь откровенно ждал, когда я выйду из машины, что мне пришлось подчиниться.
- Рончи,- представился он, крепко пожимая мне руку. – Имею удовольствие, а может быть, несчастье, быть дедушкой этой импульсивной особы.
- Дедушка! – возмутилась Лайра.
- А что это за платье на тебе? – Рончи только сейчас заметил, что Лайра в другом платье.
- Я промокла до нитки, и Макс купил мне новое платье,- гордо объявила она.