Они вошли в дом, и граф Брок-Кэрнский представил сыновей и дочь. Мальчики при виде короля пришли в почтительный ужас, а Сибилла, к его удовольствию, вспыхнула и улыбнулась.
- А кто эта красивая девушка, Алекс? - спросил Яков, подходя к Жасмин.
- Моя падчерица мистрис Жасмин де Мариско, сеньор, - невозмутимо ответил граф Брок-Кэрнский.
- Моя дочь от первого брака, сэр, - вставила Велвет.
- Вам наверняка будет интересно узнать, что моя внучка - младшая дочь покойного императора Индии Акбара, - живо сказала Скай. - Ее отец, как вы знаете, умер год назад, и она только прошлой зимой приехала в Англию. Она уже два года вдова. В Индии ее звали Ясаман Кама Бегум. Здесь она захотела взять имя Жасмин и фамилию де Мариско. Так будет привычнее. За обедом вас, может быть, позабавят ее рассказы.
- Конечно, конечно, - немножко сконфуженно произнес король, стараясь уловить слова этой весьма величественной женщины, но память возвращала его на много лет назад. Ему показалось, что он припоминает, как эта привлекательная графиня Брок-Кэрнская, тогда еще невеста, приехала к своему будущему мужу. Или воображение его обманывало? Ему в самом деле будет интересно послушать рассказы госпожи де Мариско.
- Бегите, дети, - сказал Адам и повернулся к королю:
- Будет ли угодно вашему величеству представить нам вашего спутника? учтиво поинтересовался он.
- Ох, я почти забыл, что ты со мной, Яков, - спохватился король. - Это граф Гленкирк, отличный парень, правда ведь, Яков? Я люблю брать его с собой, потому что он не жужжит мне все время в уши, как все другие.
Граф Гленкирк едва заметно, но довольно улыбнулся, потом поклонился Адаму и поцеловал руку Скай.
- Спасибо, что принимаете меня, - проговорил он. Вперед бросилась Велвет и поцеловала Якова Лесли в щеку.
- Как давно я не видела тебя, Яков. Мы дома соскучились по тебе.
- В Гленкирке мне больше нечего делать, Велвет. Все мое время я отдаю служению королю, - спокойно ответил он.
Велвет вытолкнула вперед Сибиллу. Девушка во все глаза с восхищением и обожанием смотрела на графа.
- Спорю, Яков, ты не помнишь нашу дочь Сибиллу. Смотри, какой она стала красивой девушкой, и нынешней зимой отправится ко двору служить королеве. Твоя дружба будет много значить для нее. Двор - опасное место для тех, кто молод и неопытен. - Голос Велвет был переполнен материнской теплотой. - Помню, как я сама оказалась при дворе.
Глаза Якова Лесли равнодушно скользнули по Сибилле. Целуя ей руку, он даже не улыбнулся.
- Безусловно, вы можете рассчитывать на мою дружбу, леди Сибилла, - сказал он зардевшейся девушке и отвернулся, прежде чем та успела что-нибудь ответить. - А почему ты не представляешь меня другой своей дочери, Велвет?
- Это Жасмин де Мариско, - чувствуя, что нервничает, ответила Велвет. Все шло не так, как она себе представляла.
Гленкирк поцеловал протянутую ему изящную руку. Его золотисто-зеленые глаза смотрели прямо в бирюзовые глаза Жасмин.
- Мадам, - только и произнес он, но взгляд его говорил гораздо больше, и даже Сибилла заметила это.
- Как ты могла? - кричала она на Жасмин, когда джентльмены отправились ловить на реку рыбу. Она чуть не плакала и топала маленькой ножкой.
- А чем я тебе сейчас не угодила? - раздраженно спросила Жасмин. Пожалуйста, Сибилла, давай не будем ссориться, пока здесь король. Мы обещали бабушке.
Сибилла снова топнула ногой.
- Я видела, как ты смотрела на графа Гленкирка, ты, низкородная шлюха. Он мой. Я не позволю тебе, тварь, крутить с человеком, за которого собираюсь замуж. Попробуй только заговори с ним еще, и я вырву твое сердце! Ты меня поняла? Ты поняла меня? - Ее голос зазвенел, лицо покраснело от гнева.
- Какая же ты несносно глупая, Сибилла, - ответила Жасмин. В ее голосе слышалась ярость. - Когда графа представляли мне, я едва на него посмотрела, и в моем взгляде не было ничего, кроме бесстрастного любопытства. А тебе нужно следить за своим языком. Отец еще не обсуждал с графом вопрос о браке. Что, если тебя подслушает слуга графа и расскажет все господину? Ты можешь сама расстроить все, на что надеешься. Что тогда будешь делать? - Жасмин разумно не обратила внимания на замечание Сибиллы о своем происхождении. Она хорошо знала, кем была.