Выбрать главу

- Сука! Сука! Сука! - выкрикивала взбешенная Сибилла, слезы ручьями катились по ее лицу. - Ты украла его у меня. Сначала ты украла мать, потом папу, а теперь единственного мужчину, которого я любила и которого буду любить. Я тебя убью! - И Сибилла Гордон бросилась на Жасмин.

Лесли выскочил из постели, пытаясь защитить любовницу, и Сибилла впервые в жизни увидела совершенно раздетого мужчину. Потрясенная, она застыла с широко раскрытыми глазами, потом, всхлипнув, попятилась и, схватившись за горло, упала в обморок как раз в тот миг, когда привлеченные ее криками родственники влетели в спальню. Жасмин, обернувшись покрывалом, не знала, смеяться или плакать. А встретившись глазами со Скай, готова была поклясться, что и бабушка когда-то была в подобном затруднении.

Секунду все сохраняли молчание, потом Алекс Гордон, граф Брок-Кэрнский, разъяренно спросил:

- Что, черт возьми, здесь происходит? Кто-то из людей, сгрудившихся в комнате, сдавленно засмеялся, потом Скай сухо заметила:

- Боже, Алекс, разве это не очевидно? Сибилла застала графа Лесли и Жасмин в положении, которое вернее всего можно назвать компрометирующим. Велвет, присмотри за Сибиллой! Граф Лесли, вам следует либо вернуться в постель, либо надеть бриджи. Мы уже достаточно на вас насмотрелись.

Граф Гленкирк соблаговолил вспыхнуть и, схватив бриджи, быстро натянул их на себя.

Скай повернулась.

- Все по своим кроватям! Слава Богу, гости разъехались, и мы избавлены от большого скандала. И чтобы ни звука об этом! Вы меня поняли?

Родственники ответили ей согласными кивками и разошлись.

К Сибилле возвратилось сознание.

- Мама, - жалобно зарыдала она. - О, мама!

- Я здесь, милая, все в порядке, - успокоила девушку Велвет, гладя ее белокурые волосы.

- Нет, мама, все очень плохо, - всхлипывала Сибилла. - Она украла моего суженого. О, мама, я умру!

Велвет сочувственно похлопала ее по руке и усадила в кресло:

- Не плачь, Сибби. Ни один мужчина не заслуживает столько слез. Жасмин не крала у тебя графа Лесли. Он не был твоим, сердечко мое. - И мать, успокаивая, обняла дочь.

- Мы должны были пожениться! Папа обещал! - Сибилла опять разрыдалась и отпрянула от Велвет.

- Алекс! - Велвет взглянула на мужа. - Скажи ей правду! Алекс Гордон встал на колено у кресла дочери:

- Он не взял бы тебя в жены, - начал он. - Я разговаривал с ним вечером, но не хотел рассказывать тебе до утра, чтобы не испортить такой чудесный праздник у дяди.

- Он не взял бы меня в жены? - По голосу Сибиллы было ясно, что она считала это невозможным. - Но почему? Из-за этой суки? Он ее хочет взять вместо меня? Ведь так?

- Нет, - ответил отец.

- Но почему тогда? - настаивала Сибилла. - Почему он не хочет взять меня в жены?

- Он не любит блондинок, - безнадежно произнес Алекс Гордон. Делать больно дочери и рассказывать ей, что еще говорил ему граф Гленкирк, он не собирался.

- Не любит блондинок? - повторила Сибилла за отцом и, совершенно оправившаяся, вскочила с кресла и побежала через комнату туда, где стоял Яков Лесли. - Не любит блондинок! Что вы этим хотите сказать, милорд? - Она ткнула пальцем в голую грудь графа. - Какой смешной предлог! Я единственная дочь графа Брок-Кэрнского. Я родственница самого короля! Как вы смеете мне отказывать? - Она топнула ножкой, лицо покраснело от ярости. Никто в семье не мог припомнить Сибиллу такой разъяренной.

- Ну хорошо, леди Гордон, - холодно ответил граф Гленкирк. Он был тоже зол: навязчивая девица публично поставила его в неудобное положение. И Жасмин тоже. И он больше не чувствовал необходимости соблюдать такт. - Если уж вы хотите правду, она заключается в том, что я не люблю вас. Я нахожу вас избалованной и злой. Я никогда вас не полюблю и не женюсь на вас, будь вы хоть последней женщиной на Земле. Надеюсь, вы меня понимаете?

- Вы предпочитаете жениться на этой развратнице? - едко заметила Сибилла, бросая на Жасмин уничтожающий взгляд, а сама пытаясь сдержать слезы. Нельзя позволить ему видеть, как она плачет. Мама права: она не будет плакать из-за мужчин. Они не заслуживают женских слез. Но как болит ее сердце от его жестоких, бесчувственных слов! Как она могла вообразить, что влюблена в Якова Лесли - этого ужасного человека?