- Не знаю, смогу ли я перенести такое еще раз, - наконец произнесла Жасмин. - Ты - несравнимый любовник.
Таких у меня не было никогда!
- А Гленкирк? - вырвалось у него, но он уже проклинал себя за это. Что с ним случилось? Нельзя позволять ревности себя пожирать. Так он ее оттолкнет.
- Даже Гленкирк, - понимающе ответила она, желая его ободрить. - У него нет ни твоего опыта, ни других весьма существенных преимуществ. - Она усмехнулась, и рука скользнула ему между ног. - Мой аппетит, дорогой муж, нисколько не уменьшился, а только возрос.
- Ты слишком мудра, чтобы не знать - даже лучшему из любовников требуется отдых, - улыбнулся он.
Вместо ответа она выбралась из спутанных простыней и нашла у камина тазик и кувшин с водой. Налив в тазик воды, она намочила свою рубашку и отерла мужа.
- В Индии мы всегда держали рядом с кроватью тазик с ароматизированной водой и с полдюжины полотенец для любви, - ответила Жасмин на его удивленный взгляд. - Это помогает любовникам восстановить силы. - Окончив работу, она встала на колени рядом с ним и взяла в рот его член.
От неожиданности Рован Линдли вскрикнул, но был уже не способен, да и не хотел остановить Жасмин.
- Боже! - простонал он, не веря, что ее язык так быстро мог его возбудить. В нем вновь проснулось болезненное желание обладать этой удивительной женщиной - его будущей женой. Он грубо оттолкнул ее и бросил на кровать - она закричала от удовольствия. В этот раз они не щадили друг друга, позволяя раскаленной добела страсти обжечь их души.
Когда забрезжил весенний рассвет, они встали с постели и умыли друг друга оставшейся водой. Они не чувствовали утомления, а как бы родились заново. Рован спустился вниз и вернулся с одеждой Жасмин - теплой и сухой. Влажную рубашку она сложила и сунула в карман юбки. Вдвоем они съели обильный завтрак из овсянки, ветчины, вареных яиц, сыра, хлеба и яблочного сидра.
- Ваша карета так и не приехала, - сообщила им миссис Грин. - Наверняка она проехала к "Красному быку". Вы быстро ее догоните и к полудню будете уже дома.
Прощаясь, она радостно им улыбалась, и улыбка стала еще приветливее, когда маркиз Вестлей вложил ей в руку золотую монету - деньги, которые их семья могла заработать лет за пять. Она понимала, что щедрость маркиза вызвана его явным счастьем. Присев в реверансе, она опустила золотую монету в карман и весело помахала влюбленным рукой.
- Господь с вами! Благословит он вас многими детьми! Сыновьями! поправилась она.
- О, ма! Это что - настоящее золото? - Глаза Лиззи расширились от удивления. - Вот обрадуется папа, когда приедет.
- Не говори об этой монете папе, - предупредила миссис Грин свою дочь. Подумай, девочка! С тех пор как открылся "Красный бык", мы существуем только благодаря тому, что я хорошо готовлю. А что будет, если я умру? Куда вы денетесь с отцом? На эту монету мы купим тебе старшего сына фермера! Ты сможешь стать женой человека с собственностью, Лиззи. А отец потратит эту монету на какие-нибудь свои планы. Кто тогда возьмет тебя в жены? Какой-нибудь бродячий ремесленник? Ну нет! Пусть эта монета станет твоим приданым и нашей маленькой тайной. Хорошо?
Лиззи улыбнулась матери:
- Хотела бы я быть так счастлива, как те двое, - сказала она, глядя вслед Жасмин и Ровану Линдли.
- Счастье для знатных, - ответила мать. - Тебе же нужен богобоязненный мужчина с хорошей фермой. - Но сама миссис Грин улыбнулась, глядя, как за горизонтом скрываются ее постояльцы.
- Ты дал ей гораздо больше денег, чем полагалось за одну ночь, - упрекнула Жасмин Рована Линдли, когда они отъехали от постоялого двора. - Нельзя быть таким щедрым, милорд.
- Даже по отношению к тебе, любовь моя? - игриво спросил он.
Жасмин рассмеялась:
- Не переиначивай мои слова. Так любит шутить дедушка с бабушкой.
- И она так же быстро взрывается, как и ты, любимая? - Его глаза радостно светились. - Я обожаю тебя, Жасмин. Не думаю, что еще неделю смогу выдержать до свадьбы.