- Кузен Куплен - это Рори Магвайр, управляющий имением. А это мой двоюродный брат Куплен Батлер, священник. Я имела в виду его, когда говорила вам, что у меня есть кое-кто на примете для Магвайр-Форда. Отец Куллен был моим наставником в Индии.
Священник пожал руку Рори Магвайру:
- Леди Линдли, я полагаю, рассказывала вам о своем детстве.
- Да, святой отец. Никогда бы не подумал, что такие места, о которых она говорила, есть на свете. Это, наверное, волшебная страна.
- Индия - страна удивительная, экзотическая, но, конечно же, не волшебная, сын мой, - ответил священнослужитель.
- А кто этот Рори Магвайр? - спросил он Жасмин, когда они остались наедине. - Где ты его нашла?
- Нашел его королевский чиновник Фини. Он привел его к нам, но из-за своей глупости так и не понял, что Рори Магвайр - хозяин Эрн-Рока. Но мы с Рованом его быстро распознали: у него хорошая речь и он знает английский. Он попросил разрешения остаться на этой земле, и мы согласились. Магвайр - хороший управляющий. Его отец - бывший лорд Эрн-Рока. Мать, младший брат и три сестры с мужьями уехали из Ирландии год назад с Конором Магвайром. Остался только Рори. Печально, не правда ли, кузен Куплен? Почему ирландцы не научатся ладить с англичанами? Ведь ничего нового нет в том, что один народ завоевывает другой.
Слушая рассуждения Жасмин, Куплен Батлер улыбнулся. За долгие годы, проведенные в Индии, он почти забыл, что значит быть ирландцем. Но сейчас он отчаянно переживал за народ своего зеленого острова.
Религия разделила его людей. Но самое трагичное - вражда между ирландцами и англичанами. Она слишком велика, чтобы ее можно было преодолеть. Ирландцы не те люди, которые могут смириться с завоевателями, а англонорманны не любят кельтов. Хотя Куплен Батлер и знал об этом всю свою жизнь, он не мог объяснить, почему это так. Священник обосновался в Магвайр-Форде и наконец занялся тем, что любил больше всего, - служением своим собратьям. Дети, некоторым из которых исполнилось уже четыре года, были быстро крещены, два брачных союза официально скреплены, и вовремя, подумал он, потому что обе невесты были явно беременны. Каждый день Куплен Батлер служил в церкви. Рован и Жасмин посещали богослужения не часто: маркиз принадлежал к англиканской церкви, а Жасмин - Куплен Батлер улыбнулся про себя, - как и ее бабушка, к божьим вратам шла собственным путем. Он знал, что она достойна упрека, но осуждать ее он не мог.
Жасмин решила остаться в Ирландии до тех пор, пока не ожеребятся ее кобылы.
- Хотя бы до будущего года, - сказала она мужу. - Ирландия очаровательна. Я ее так полюбила.
- Но наши дети - англичане, и я хочу, чтобы они росли в Англии. В Ирландии не всегда так безопасно, - возразил муж.
- Ты думаешь, дорогой, мятежные графы вернутся?
- Нет, - покачал головой маркиз, - не теперь. В них не осталось мужества. На их месте я чувствовал бы себя так же. Но рано или поздно пожар религиозной розни вновь разгорится. И тогда, Жасмин, снова начнется война. И я бы не хотел, чтобы ты или дети были здесь, когда это произойдет. В истории страны есть много жестоких страниц. И если разразится война, будет нелегко пробраться к побережью и уехать отсюда. Сейчас мир, но через несколько лет...
- А Индии так здесь нравится, - заметила Жасмин.
Муж рассмеялся:
- Да, она носится по деревне с другими детьми, но она ведь не как другие. Она - леди Индия Анна Линдли, старшая дочь маркиза и маркизы Вестлей, и должна знать свое место.
- Рован! - Жасмин не знала, смеяться или бранить супруга. - Индии нет и двух лет. Придет время, и она "узнает" свое место.
- Тебя, Жасмин, учили с рождения не забывать, что ты королевская дочь, напомнил он ей.
На этот раз она задумалась.
- Да, Рован, это так. Но здесь все по-другому. Мне кажется, я смогу воспитывать дочь не так сурово. Посмотри, какая она здоровая и счастливая.
Муж улыбнулся, но возразил:
- Она выглядит как маленький пострел. Ни обуви, ни штанишек, а когда ей хочется писать, она просто поднимает юбку с другими девчонками. Вряд ли это достойно ее.
Жасмин так и прыснула:
- Но это намного здоровее, чем бегать в мокрых штанишках.
- Я вижу, ты ее защищаешь.
- Дорогой, что изменится, если она еще год поиграет с деревенскими ребятами? Малыши быстро привыкают к новому. И она снова приспособится к жизни в Англии так же легко, как яблоня сбрасывает яблоки.