Послали за Бонни, и та с подручной Мери приехала из Королевского Молверна. В последние дни лета женщины шили новые наряды для Жасмин. Заезжий ювелир с подмастерьем изготовил из ее драгоценных камней прекрасные пуговицы. Пока мастер оправлял камни в золото и серебро, ученик проворно вырезал пуговицы из слоновой кости и дерева.
- Я просто умираю от зависти, - призналась Сибилла, осмотрев наряды сестры, прежде чем Рохана и Торамалли тщательно упаковали их для переезда в Лондон. По мере рождения детей, младший из которых родился зимой, Сибилла становилась все дороднее.
- У меня слишком много всего, - ответила Жасмин. - Возьми, что тебе нравится. Я еще ничего не надевала. Сибилла вздохнула и рассмеялась:
- Я не влезу в твои платья. Ты осталась тонкой, как ивовый прутик, а я растолстела, словно куропатка, готовая к столу. Но Том, кажется, не против. Он говорит, ему нравится, когда меня так много, и молит, чтобы я по-прежнему грела его зимними ночами.
- А Том тоже прибавил в весе, - заметила Жасмин. - Это все твоя любовь и хорошая пища. Он безобразно доволен для человека, который был таким убежденным холостяком.
Сибилла снова рассмеялась. В ней появилась какая-то мягкость, стерлись все острые грани ее характера.
- Должна признаться, и я довольна. Том - лучший на свете муж.
- Я рада твоему счастью, - нежно ответила Жасмин.
- Ох! - воскликнула Сибби. - Я не хотела расстраивать тебя, Жасмин.
- А ты меня и не расстроила, - поспешила успокоить она сестру и разумно переменила тему разговора. - Тебе хочется ко двору, Сибби? Мне кажется, это неподходящее место для солидной замужней женщины. Что ты на это скажешь?
- Думаю, ты преувеличиваешь. При дворе и в самом деле безумно интересно. Мы приехали туда прошлой осенью, но я была уже беременна Элизабет. О, Жасмин, я так радуюсь, что у меня дочурка. С ней намного легче, чем с мальчиками. Как ты думаешь, так всегда с девчонками?
- Не замечала, - усмехнулась Жасмин. - Ни Индия, ни Фортуна не отличаются мягким ласковым нравом. В нашей семье мне проще всего с Генри.
***
В начале октября Жасмин в сопровождении Гордонов Брок-Кэрнских, графа и графини Кемпе прибыла в Лондон ко двору. Разместившись в Гринвуде, они отправились в Уайт-холл выразить свое почтение их величествам.
Жасмин показалось, что король постарел. Кожа погрубела, и он слегка погрузнел, но вдову маркиза Вестлея он приветствовал с прежним изяществом.
В этот вечер Жасмин выглядела особенно привлекательной в шелковом платье сочного красного цвета с кружевным серовато-бежевым воротником, открывавшим плечи. Простая нижняя юбка была сшита из розовой парчи и такая же парча виднелась сквозь разрезы на рукавах. Юбка в виде колокола до щиколоток позволяла рассмотреть изящные туфли с шелковым верхом, украшенные жемчугом, а когда Жасмин резко повернулась, на миг стали видны розовые чулки, обтягивающие ее стройные ноги. Длинное ожерелье из жемчуга было схвачено у шеи брошью с алмазами и рубинами, в ушах сверкали серьги из жемчуга грушевидной формы, золотые браслеты на руках были отделаны драгоценными камнями.
Молодая вдова присела перед королем и его юным фаворитом Робертом Карром в низком реверансе, позволяя им рассмотреть ее красивую грудь.
- Ваше величество столь любезны, что снова принимают меня у себя. - Она походила на распустившийся цветок.
- Мы рады, что вы благополучно вернулись из Ирландии. - Яков Стюарт жестом попросил ее подняться. - Надеюсь, вы погостите у нас. Ваша красота украсит двор, леди Линдли. Правда ведь, Робби? - Король взглянул на молодого человека, расположившегося у трона. Взор короля выражал обожание.
Голубые глаза без всякого интереса скользнули по Жасмин, и юноша отвел взгляд.
- Да, мой дорогой милорд, - ответил он как раз то, что от него и ожидали.
- Вы ведь не знакомы с нашим Робби, леди Линдли? - Король вновь бросил на юношу любящий взгляд.
- Нет, милорд. - Жасмин чувствовала себя неловко, будто подглядывала за свиданием влюбленных, а не стояла в середине наполненной людьми приемной залы.