- Робби, мальчик мой, леди Линдли - самая богатая вдова. И ей понадобится муж. Разве я не прав, миледи? - улыбнулся король.
- Когда-нибудь, милорд, я надеюсь выйти замуж вновь. - Тон Жасмин оставался холодным и сдержанным, - но сейчас я все еще оплакиваю своего любимого Рована. - Достав отделанный кружевами платок, она смахнула слезу. Это мой первый выход в свет после его безвременной кончины. Вы любите детей, виконт? - обратилась она к Роберту Карру, которому король в начале года пожаловал титул виконта Рочестерского. - У меня дома трое малышей. И хотя бабушка говорит, я их балую, но мне тяжело без них. Если я все-таки снова выйду замуж, то захочу еще детей.
Король, сам любящий отец, улыбнулся ей.
- Да, дети - истинное благословение, леди Линдли. Но ремень им необходим. Я не прав, Робби? Их нужно пороть, чтобы воспитать уважительность и заставить вести себя по-христиански. Это родительский долг.
- Да, милорд, - согласился Роберт Карр с таким видом, как будто в данный момент дети интересовали его меньше всего.
Взгляд его блуждал где-то в направлении соблазнительной леди Эссекс.
- О, - воскликнула Жасмин, - я никогда не позволю наказывать моих дорогих крошек. Это слишком жестоко, сир.
- Женщины мягки, словно патока, - проговорил король, давая понять, что дамы, благослови их Господь, просто слабы. - Рад вашему возвращению, мадам. А теперь пойдите и выразите ваше уважение королеве.
Жасмин снова присела в реверансе и отошла от короля. И в это время кто-то твердо взял ее под локоть.
- Прекрасно исполнено, - прошептал на ухо чей-то голос. Жасмин вздрогнула от неожиданности и повернулась, чтобы узнать, кто осмелился быть с ней столь дерзким.
- Ваша светлость!
Ей лукаво улыбался принц Генри - красивый молодой человек, напоминавший мать и несчастного дедушку лорда Дарнли. Голубоглазый, белокурый и полный обаяния, он пользовался любовью всех, кто его знал, и считался надеждой Англии.
- Вы заметили, как скривилось лицо Рочестера, когда вы сказали, что у вас трое детей и вы хотите еще? Он в ужас пришел, когда отец намекнул на возможность союза между вами. - Принц усмехнулся. - Если бы я не боялся потрясающей репутации вашей бабушки больше, я подбил бы отца на это. Ненавижу Роберта Карра! Этот Робби потихоньку волочится за женой лорда Эссекса. Жасмин рассмеялась.
- Вам следует бояться не бабушки, а меня. - Она улыбнулась принцу. - Кого бы ни сватал мне ваш отец, мужа себе я выберу сама.
- У вас уже есть кто-нибудь на примете? - удивленно спросил принц.
- По правде сказать, я не намерена сейчас выходить замуж, - ответила Жасмин. - Думаю, не следует избегать того мужчину, который полюбит меня и захочет сделать своей женой. Оба моих мужа были убиты. Я достаточно разумна, чтобы устроить свою жизнь, и у меня уже есть дети, которые в старости послужат мне утешением.
- Но кто утешит вас сейчас? - тихо спросил он, быстро целуя ее в плечо. Вы знаете, какие у вас невероятно голубые глаза, мадам?
- Мне говорили об этом, сэр, - сухо ответила Жасмин. - Я на четыре года старше вас, милорд, а вы слишком уж напористы.
- И мне об этом говорили, - съехидничал принц, и его глаза блеснули. Жасмин не устояла перед его обаянием и рассмеялась.
- Я должна выразить почтение вашей матери, - сказала она. - Все мои родственники уже это сделали и удивляются, почему я медлю.
- Разрешите вас сопровождать, мадам, - галантно предложил ей принц.
Он повел ее через залу, и все головы повернулись в их сторону: Жасмин мало кто помнил, и теперь придворные хотели знать, кого это сопровождает принц.
Вскоре по толпе пробежало:
- Вдова маркиза Вестлея. Самая богатая женщина. Ей благоволит сам король.
Жасмин присела в реверансе перед королевой.
- Ах, дорогая, - воскликнула Анна Датская, - как я рада видеть вас снова, но как горестна ваша утрата. Для двора же вы - настоящее приобретение. Вы быстро учите стихи? У нас здесь удивительный театр масок, а женщина вашей красоты должна принять участие в наших развлечениях.
Репутацию фривольной женщины королева заслуживала вполне справедливо, но свой долг перед короной она выполнила, родив девятерых детей, правда, лишь трое из которых - принц Генри, принц Чарльз и принцесса Елизавета - дожили до зрелого возраста. Король любил свою Анни и, пока она не заставляла его участвовать в этих, как он, называл, "шалостях", позволял ей делать все что угодно. Помогал же ей во многих ее легкомысленных начинаниях мастер Индиго Джонс <Иниго Джонс (1573 - 1652) - английский архитектор, представитель паладианства. Утверждал в английской архитектуре ясность композиции и благородство пропорций классической архитектуры. В романе представлен под именем Индиго Джоунс.>, готовивший маскарады, изобретавший украшения и костюмы.