Баш проводит рукой по щетине.
— Ладно, тогда вздремни на диване. Я включу какой-нибудь спорт, и мы просто расслабимся. Вместе.
Мои брови взлетают.
— Как нормальная пара?
Баш выглядит скорее позабавленным этой концепцией и кивает.
— Да, как нормальная пара.
Мы переходим в гостиную, и мне приходится всю дорогу вести с собой внутренний разговор по душам. У нас было немало страстных моментов, накаленных желанием, подогретых алкоголем. Но теперь мы здесь, с полными животами, абсолютно трезвые, в тихой гостиной.
Я неловко сажусь рядом с ним на диван, словно снова оказалась в старшей школе, сижу рядом с мальчиком, который мне нравится, и не знаю, как себя вести.
Он включает телевизор и откидывается на подушки. Его тело расслаблено, словно это самое естественное дело на свете. Его рука перекидывается через мои плечи, и до меня доходит: у нас теперь столько возможностей — раз уж мы оба сдались — и меня парализует от простоты этого.
— Гвен, хватит это переоценивать, — говорит он, не поворачиваясь ко мне.
— Я не переоцениваю, — отвечаю я.
Теперь он поворачивается, прикусывая щеку, словно у него что-то застряло в зубах.
— Я практически слышу, как ты думаешь, — говорит он. — Ты хотела вздремнуть. Так расслабься и вздремни.
— Ладно, я просто... Это очень по-домашнему, — говорю я, и меня охватывает приступ нервозности, когда я понимаю, что те отношения, что у меня были, не подготовили меня к таким моментам. К тихим моментам, моментам простой близости, когда ты просто наслаждаешься присутствием другого человека, не испытывая необходимости говорить.
И будто Баш это чувствует. Он читает меня так прекрасно. Словно знает точно, что сказать.
— Ладно, ложись и положи ноги ко мне на колени.
— Ноги? У тебя что, какой-то странный фетиш, о котором мне стоит знать?
— Гвен, давай сюда свои ноги и прекрати болтать. — Он похлопывает по коленям. — Подложи подушку под голову и вздремни, пока я смотрю спорт. Вот как мы будем наслаждаться обществом друг друга сегодня днем.
Я несколько раз киваю, поворачиваюсь и ложусь, устраивая подушку поудобнее.
— Никаких фокусов, Руссо, — дразню я, протягивая в его сторону ноги и шевеля пальцами, словно делая ему предложение.
Он с ухмылкой кладёт мои ноги себе на колени и переключает каналы, пока не останавливается на бейсбольном матче. Комнату наполняет гул телевизора, и я делаю глубокий вдох, чувствуя, как расслабляется моё тело. В кои-то веки я ни о чём не думаю. Просто… сижу.
Через несколько секунд меня охватывает трепет, потому что мои ноги лежат не только на коленях Баша. Его большие сильные руки почти машинально обхватывают одну из них, пальцы массируют, поглаживают, перебирают.
Я улыбаюсь и издаю одобрительный стон, тонко намекая: «Пожалуйста, сэр, можно ещё?»
— Чёрт возьми, Гвен, — ворчит он, но не перестаёт массировать мои ступни, даже когда его твердеющий член упирается в пятку моей ноги.
Однако, в отличие от многих парней, с которыми я встречалась, он не пользуется возможностью перевести разговор на секс. Вместо этого он продолжает массировать мои ноги с удивительным мастерством.
Он растирает их, пока я не погружаюсь в сон от его успокаивающих прикосновений, позволяя себе впервые за очень, очень долгое время насладиться тем, что обо мне заботятся.
Глава 35
БАШ
Баш: Привет, Трипп. Просто проверяю, как ты. Хотел убедиться, что ты благополучно добрался домой.
Трипп: Ага.
•••
Следующие дни проходят в счастливом, одурманенном страстью тумане.
Гвен преподает йогу и заботится о Клайде.
Я занимаюсь своим психическим здоровьем, чтобы прийти в надлежащую форму и вернуться к работе, которую люблю. Черт, я даже посещаю занятия йогой время от времени.
С каждым днем я чувствую себя лучше. Комбинация здорового питания, физической активности и близости в целом делает меня легче.
Я бы солгал, если бы сказал, что не избегаю разбирательств с той частью нашей текущей ситуации, что связана с Триппом. Клайд в курсе, и, если не считать редких невероятно неловких и неуместных комментариев, он позволяет нам жить дальше без осуждения.
Моя комната стала нашей комнатой, и я больше не избегаю семейных ужинов втроем. И всё же мысль о том, что Трипп уехал из города на такой напряженной ноте, не дает мне покоя. Прошло почти неделя с вечеринки Гвен, а он так и не связался со мной, что заставило меня задуматься, не была ли права Гвен — не заподозрил ли он что-то.