По спине пробегает холодок страха, и её слова бьют меня наотмашь, пока я всё глубже погружаюсь в старую версию себя — того, кто верит, что Вселенная отнимает у него всё.
— И что, чёрт возьми, это значит, Гвен? — спрашиваю я, чувствуя, как от сдавливающей боли в груди становится трудно дышать. Все суставы словно одеревенели, а мозг словно ухнул в бездну, когда я почувствовал, что она собирается уйти.
Я понимаю, что это может стать началом конца. Всё закончится, не успев начаться. Я достаточно умён, чтобы сложить ультиматум из её слов, но мне нужно услышать его громко и чётко, чтобы понять, на чьей я стороне.
— Что ты собираешься делать? Согласиться на эту работу и уехать из города? — спрашиваю я, уже страшась её ответа.
Она плотно сжимает губы и скользит взглядом по моему лицу.
— Я ухожу и оставляю тебя наедине с твоими мыслями.
— Оставляю тебя наедине с твоими мыслями? — повторяю я. — Так это конец? Ты просто бежишь дальше? Кажется, ты предупреждала меня, что не задерживаешься надолго на одном месте.
Она отшатывается, как будто я её ударил, и я тут же жалею о своих словах. Мне бы хотелось протянуть руку через всю кухню и схватить их прямо из воздуха. Скажи ей, что она меня неправильно поняла.
Но она не поняла. Я вижу это по тому, как она собирается с духом.
— Конец чему, Баш? Мы только начали. Ты так просто от меня не избавишься. Проблема в том, что мы не можем начать нормально, пока ты не решишь эти проблемы. Ты не можешь просто дуться и строить из себя жертву каждый раз, когда дела идут плохо. Ты должен взять на себя ответственность за свои поступки. Мы оба знаем, что наши отношения реальны. Для меня это всё, и ничто этого не изменит. Но тебе всё равно нужно связаться с сыном и помириться с ним. Мы причинили ему боль, и да, это нужно было сделать, но это был ужасный способ узнать об этом. Так что вместо того, чтобы вести себя так, будто он поступил с тобой плохо, возьми себя в руки и поговори с ним.
Она права.
Я ненавижу её за то, что она права.
— И пока ты этим занимаешься, тебе нужно немного покопаться в себе, чтобы понять, можешь ли ты отпустить то, с чего мы начали, чтобы мы могли сосредоточиться на том, кто мы есть и кем мы собираемся стать. Потому что я не могу чувствовать себя виноватой за то, чего никогда не сделала бы намеренно. Я не собираюсь ходить на цыпочках в собственном доме, пытаясь понять, что не так и не обидела ли я тебя. Это стресс и вредно для здоровья, и я уже прошла через это. Я больше так не поступлю. Я заслуживаю большего. Но больше всего, Баш, ты заслуживаешь большего.
Её слова ранят в самое сердце. Они лишают меня дара речи, что, наверное, к лучшему, потому что кажется, что всё, что я скажу, только усугубит ситуацию.
Она смотрит на меня, ожидая ответа, но я молчу.
Я не могу.
Она разочарованно вздыхает, качает головой и выходит из комнаты.
— Извини, мне нужно бежать на следующую остановку
Я лишь наблюдаю за тем, как самый дорогой для меня человек уходит.
И я даже не виню её.
Глава 39
БАШ
— Чувак, ты сегодня чертовски ужасен. Ты прям новый Рис в команде, — подкалывает Уэст.
Форд, Райс и Клайд (который пришел просто потусить) все от души смеются за мой счет.
Проблема в том, что мне не очень-то смешно. Я чувствую себя совершенно разбитым после ссоры с Гвен.
Прошло уже несколько часов с тех пор, как она вышла за дверь, и сжимающее чувство тошноты в животе только усиливается с каждой минутой.
— Уэст, помягче с ним сегодня. Он и так уже занят самобичеванием.
Я бросаю сердитый взгляд в сторону Клайда.
— Я в порядке.
Он пожимает плечами.
— Не знаю. Из того, что я слышал, прячась в своей спальне, всё звучало не очень-то в порядке. Гвен тебя так отделала, парень.
Я закатываю глаза. Гребаный Клайд, вечно за нами подглядывает.
— Я это заслужил.
Веселье вокруг меня рассеивается после того, как я испортил всем настроение своим депрессивным заявлением.
Четыре пары широко раскрытых глаз уставились на меня.
— Что? На что вы все уставились?