И это частично правда. Баш действительно хочет остепениться. Он прямо сказал мне об этом.
— Почему нет? Ты ведёшь себя так, словно он ищет женщину, чтобы держать её беременной и босой на кухне или что-то в этом роде.
— Роуз Хилл — временная остановка. Мне нравится переезжать. Мне нравится путешествовать. Есть ещё многое, что я хочу увидеть и сделать. Я не могу быть привязана — это напрягает меня. Я видела, как это делала моя мама. Это не для меня.
Что я не говорю ей, так это то, что сегодня утром я получила предложение о работе, которое увезёт меня в Коста-Рику преподавать йогу в курорте на зиму. Это идеальное сочетание путешествий и профессионального развития. Это побег от канадских зим.
Это побег от Баша.
И всё же я не мгновенно приняла эту должность.
— Ты не можешь уехать. Ты любишь это место. Наша команда для викторины была бы в пролёте без тебя. И я бы скучала по твоим сиськам. — Её взгляд опускается на мою грудь, где мои груди действительно прижаты к тонкому чёрному свитеру. Она мечтательно вздыхает. — Ты уверена, что нельзя поделиться хотя бы немного всем этим со мной?
Я смеюсь.
— Мои сиськи и я тоже будем скучать по тебе. Я определённо должна буду вернуться и навестить.
Тэбби пожимает плечами.
— Почему ты должна быть привязана? Я склонна думать, что правильный человек был бы рад отправиться в эти приключения с тобой. Или нет. Мы с Рисом делаем много вещей отдельно. Наличие партнёра не означает быть привязанной.
Моя голова покачивается, но я не отвечаю. Я не знаю, что сказать на это. Я никогда не видела такие отношения в действии. Моя мама всегда спешила поставить ужин на стол до того, как мой отец войдёт в дверь. Собирала ему ланч утром. Гладила его одежду, словно она была горничной, а не партнёршей.
Если я ходила вокруг него на цыпочках, то она ему угождала. Ни сбережений, ни образования, ни опыта работы.
Выхода не было, даже если бы она этого хотела.
Нет, не хочу. Я не позволю, чтобы это случилось со мной.
Когда мы подъезжаем к дому Тэбби в центре города, она гладит меня по ноге.
— Весь мир у твоих ног, Гвен. Но есть устрицы с кем-то ещё — это самое лучшее. Знаешь почему?
— Почему?
— Потому что от них хочется секса. — Тэбби подмигивает мне через плечо и открывает дверь. Таксист просто вздыхает, и я не могу не задаться вопросом, что он о нас думает.
Она выходит из машины, но наклоняется и просовывает голову обратно.
— Гвен, я просто хочу, чтобы ты знала: на твоём месте я бы переспала с отцом своего бывшего парня и даже не расстроилась бы из-за этого, потому что тот другой парень — полный неудачник.
С переднего сиденья доносится сдавленный звук, и мои щёки краснеют.
— В любом случае, пока! — кричит Табита, захлопывая за мной дверь. Водитель медленно отъезжает, но я успеваю увидеть, как моя подруга подходит к крыльцу своего дома. К тому самому крыльцу, где её муж сидит на ступеньках и ждёт её.
Он встречает её с распростёртыми объятиями, и она садится к нему на колени, а затем целует его.
Это мило. Но более того, это… привлекательно. Готова поспорить, они бы хотели остаться в живых во время зомби-апокалипсиса, лишь бы проводить больше времени вместе.
Это заставляет меня задуматься, может быть, только может быть, я смогла бы найти утешение в таком партнёрстве. В таком месте.
Если бы я когда-нибудь решилась попробовать... то, возможно, сейчас самое время.
Глава 18
БАШ
Форд высаживает меня у дома, и я на цыпочках — хоть и не очень уверенно — прохожу в парадную дверь, чтобы никого не разбудить.
Но с кухни доносится болтовня. Опустив взгляд, чтобы снять ботинки, я вижу грязь на полу. Я сразу понимаю, что это дело рук Клайда. Он вечно ходит в своих грёбаных ботинках.
— Клайд! — кричу я. — Твой эрготерапевт рекомендует подметать в качестве упражнения? Потому что тебе нужно убрать грязь, которую ты притащил. Я тебе не чёртова горничная!
Его хриплое кудахтанье — это первое, что я слышу в ответ. А потом он говорит:
— Но из тебя бы получился хороший! Неряшливость так тебе к лицу!
Я снимаю обувь, достаю из шкафа в прихожей метлу и совок и убираю комья грязи, которые он оставил. Убрав метлу и обувь на место, я направляюсь на кухню, ворча и качая головой.
Я нахожу Гвен и Клайда за обеденным столом, между ними разложены игральные карты и пластиковые фишки. В стороне стоит горшок с лавандой, которого я раньше не видел.
— Поднимаю.
Клайд кладёт ещё несколько фишек в центр стола, и Гвен смеётся, потягивая белое вино из бокала.