— Завтра свадьба, — повторила я, чувствуя, как волна гнева и ненависти снова поднимается во мне.
— Успокойся, — правильно угадал мое состояние Сварж, — пока ничего не предпринимай и наблюдай.
— Я так и делаю, — заверила я тех, кто сейчас находился по ту сторону экрана. Сердце заныло. Хотелось к ним. Туда, где от меня ничего не требовали.
— Мы связались с местной мафией, — продолжил между тем наставник, — они согласились с нами сотрудничать.
— Как? — не поняла я.
— Контрабандисты из Рентиана заключили с нами сделку и помогут вытащить тебя оттуда, — обрадовал он, но увидев, как просияло мое лицо, поспешил остудить пыл, — не показывай это никому, иначе помешают.
— Поняла, — уже более серьезно ответила я и в этот миг, кто-то постучал в дверь.
Причем постучали в дверь спальни, то есть этот кто-то не вошел. Правда мотивы понять не могла, ведь открыть я в любом случае не смогу. Но все же выключила воду, спрятала свой единственный аппарат для связи и вышла.
— Александра, я могу войти, — послышалось из-за закрытой двери и я, поняла, что это просто дань уважения, а не необходимость.
— Входите, — обреченно ответила я, присев на постель и занялась фиксирующей повязкой на руке, которая перестала выполнять свою прямую обязанность.
А между тем щелкнул замок, и в спальню опасливо вошла бабушка. В руках она держала большой конверт из плотной бумаги, классически белого цвета. А подойдя ко мне и присев на краешек постели с белоснежным покрывалом, протянула его мне.
— Что это? — взяв в руки и повертев, спросила я и не спеша открывать.
— Твои новые документы, — лаконично ответила мать моего отца, — теперь ты официально рентианка.
— К чему такая спешка? — все же не смогла не спросить я, продолжая разматывать повязку. Взгляду открылся живописный синяк, который снова начал распухать и наливаться цветом.
Пока рассматривала повреждения, рядом кто-то ахнул. В недоумении посмотрела на свою бабулю. Она что, никогда синяков не видела? Это я и озвучила.
— Твоя рука сломана, — тихо произнесла она, — я вызову доктора.
— Не стоит, — я усмехнулась, — лучше верните мне свободу.
— Увы, не в наших силах это, — горестно вздохнула женщина, — боюсь и у тебя, особо выбора нет.
— Может, уже объясните, — потребовала я, — а то принимаете меня за дитя малое, которое не может ничего решать.
— Я так не считаю, — тут же попыталась убедить меня моя собеседница.
— Так что это за история, — вернула я тему в прежнее русло, а то сейчас пойдут розовые сопли. А меня не то настроение чтобы выслушивать чужой лепет о том, что меня любят и тому подобное. Все равно не поверю.
— Твой дед увлекался азартными играми и проиграл часть земель, а потом, когда протрезвел, обратился в суд. Клан белых кошек посчитал это оскорблением, и нанесли ответный удар. Они начали похищать наших женщин и мужчин. С первыми обращались как с продажными девками, а вторых оправляли на каторгу. Никому не удалось вернуться оттуда. А когда твой отец поступил в Академию, ситуация стала невыносимой. Еще и выяснилось, что он женился на девушке из какой-то отсталой планеты. Он попытался унять конфликт и с помощью юристов, договорились о браке между представителями нашей семьи и их. А так как никого из свободных не было, жребий пал на тебя.
— Как трогательно, — не смогла не заметить я.
— Я тебя понимаю…
— Ничего вы не понимаете, — вспылила я, резко надавив на сместившиеся кости и начала с ожесточением накладывать уже поднадоевшую повязку.
— Тогда расскажи, — попросили у меня. Причем именно ей дерзить не хотелось.
— Нечего рассказывать, — буркнула я, — мне пришлось прорываться сквозь трудности всеми известными способами, и думаете после всего, что пережила, соглашусь выйти замуж за какого-то великовозрастного озабоченного извращенца?
— Мужчины клана белых кошек, а особенно в главенствующей семье, отличаются красотой и ослепительно белыми волосами.
— Мне от этого должно стать легче? — все же не смогла не съязвить. — Я даже не знаю кто он?
— Не волнуйся, — улыбнулась бабуля, показав здоровые и крепкие зубы, украшенные парой клыков, — он не великовозрастный извращенец.
— И на том спасибо, — я откинулась на подушки и, подхватив конверт, открыла и вытащила бумагу.
Оказывается мое имя рода — ден Сахр, то есть я уже не Бохен. И когда только успел? Хотя, ему же не отказывают. Я усмехнулась и вытащила еще и удостоверение личности, тоже на новую фамилию. Оперативненько, ничего не скажешь.