— Нужно было выходить раньше, — проворчала Лэйна,
— Я слишком старая, чтобы поднимать задницу от кровати раньше полудня, — отозвалась бабушка, решившая в этом году сопровождать их вместо отца и матери. В лавке были какие-то проблемы и им пришлось отлучиться, оставив Лэйну, Седрика и Альфреда на попечение Элеоноры.
Лэйна, впрочем, была только за — теперь они с бабушкой встретятся только на каникулах, а это означало несколько месяцев без ее цинизма, черного юмора и игры в картишки на бутылку самодельной настойки. Это лето она, вопреки обыкновению, провела с ними — сначала была подготовка и день рождения Лэйны.
А потом случилась и внезапна помолвка Доры — немолодой уже, но очень приличный во всех отношениях Андре Альбертини был настолько очарован ею на балу, что не отходил весь вечер, а через две недели сделал предложение. Дора отказывать не стала, напротив, смущённо улыбалась, когда сообщала эту новость своему отцу, отчего возникали серьезные подозрения о давней симпатии между ними. Лэйна была откровенно рада за нее — Альбертини имеют древние корни и хорошую репутацию, не слишком богаты, но все поголовно являются пространственниками и вот уже несколько столетий настраивают порталы и телепорты по всей республике. Достойный и честный заработок, что редкость для фоуксфортских династий. Смущало только то, что жених был старше Доры на добрых двадцать лет, но как на взгляд Лэйны, степенный и очень порядочный Андре был куда лучше молодого придурка Кеннета. Лэйне вообще нравились мужчины постарше, успевшие вдосталь нагуляться и нажившие мозгов, от сопляков же вечно одни проблемы. Нравились они и матушке, как выяснилось — три дня она причитала о том, что такой мужик достался серой мышке Доре, а не Лэйне.
“Чего еще ждать от хабалки без туфель”, — бросила она, на что Лэйна, не испытывая ни тени смущения, послала её по неприличному адресу. А вот нечего клевать ей мозг.
Знакомая рыжеватая макушка мелькнула в толпе — Ирэн тоже была здесь. Лэйна окликнула ее, помахала рукой, привлекая внимание подруги. Та улыбнулась в ответ и поспешила к ней, таща за руку младшую сестру, в этом году поступившую на первый курс. Седрик, завидев младшую Вебстер, в противовес пацанке-сестре весьма миленькую, с россыпью рыжих кудряшек, пригладил встрепенулся шевелюру и принялся обхаживать, едва они подошли. Другая девочка наверняка купилась бы на его неумелые ужимки; но Виктория была Вебстер и вместо смущенной улыбки одарила его уничижительным взглядом. И, неожиданно для всех, принялась о чем-то премило щебетать с Альфредом. Удивилась даже Лэйна, привыкшая к обычно молчаливому брату, сейчас что-то активно доказывающему Вики.
— Не знала, что вы друзья, — тихо проговорила она, когда Ирэн с сестрой ненадолго отошли, чтобы позвать к ним родителей.
— Мы работаем над одним проектом, — отрезал Альфред. Вот это уже похоже на ее брата.
Поправочка — было бы похоже, не покрасней кончики его ушей. Оставалось надеяться, что под таинственным проектом не понимались все те вещи, о которых детям их возраста знать не положено.
Спустя пару минут к ним присоединился и Эрлинг Блэкмур, чуть опередивший своего до жути пафосного папеньку.
— Ну кто бы сомневался, весь выводок Вальтери в полном составе! — возвестил он сходу. — Когда вы уже закончитесь? Вас слишком много, аж в глазах рябит.
И только высказавшись, заметил, что к выводку он причислил ещё и Элеонору. Побледнел задавака заметно (хотя куда уж больше, Блэкмуры все будто в погребе загорали с рождения) и склонился в учтивом поклоне.
— Прощу прощения, миледи, не заметил...
Бабушка на это только цокнула языком, посмотрела на Эрлинга сверху вниз, вздохнула укоризненно.
— Не удивительно, коли клюв до неба задран. Хотя о чем я? Если Блэкмур снизойдет до простых смертных, Красная королева воскреснет, не иначе.
На неё мигом покосились, а кое-кто даже осмелился шикнуть — прозвище королевы Аврелии настоятельно рекомендовалось не поминать всуе. Не из суеверий и всякой чуши вроде “помяни беса и он тут как тут”. Идеология — штука, разлагающая мозги надежнее всякого темного проклятья.
— Её спятившее величество преспокойно удобряет собой Туманный лес, — отчеканила бабушка. — Уж пятнадцать лет как, пора прекратить пачкать шелковые трусики при её упоминании.