— В красном? — Дэлвин мигом спал с лица, присел на подлокотник кресла. — На вас напал Кровавый Рассвет?
— Мы не знаем, — покачала головой Лэйна. — Но видели то, что видели. Наши родители остались там. И писем мы не получим, пока Академию не откроют.
Кровавый Рассвет, радикальная группировка из числа поклонников Красной королевы, не зря носила свое название. Нет, начиналось все весьма прилично — тайная организация, созданная для поиска и сохранения древних книг, знаний, артефактов. Последняя королева Тенбрийской империи славилась своей жаждой знаний и любовью к магии. Постепенно становясь безумной фанатичкой, которую все меньше интересовало благо её подданных, и все больше — магическая сила. Кровавый Рассвет из хранителей превратился в террористов, готовых убить сначала из-за стопки книг и новое заклинание. А потом и за слабый магический потенциал. Досталось всем — и темным, и светлым, и даже вчерашним сторонникам — у Дэлвина убили мать, по слухам, совершенно очаровательную женщину, но лишенную каких-то выдающихся способностей. Среди Вальтери слабых магов не было, но и они лишились многих членов семьи, когда отказались участвовать в бойне. Избавиться от фанатиков удалось далеко не сразу, как и от самой Красной королевы, причем, никто толком не знает, кому стоит приписывать подвиги. Светлые, воспользовавшиеся ситуацией, предсказуемо начали обвинять спасителями всего континента себя, темные же замолчали на долгие годы, предпочитая не обсуждать эту тему. Среди последних было много сторонников королевской власти, присягавших на верность короне до конца своих дней, и объявлять себя её врагом — все равно что расписаться в предательстве и бесчестии. А такого старые семьи себе позволить не могли, за что поплатились своей свободой, влиянием, а кое-кто и жизнью.
— Если это и правда они… — проговорил Джиор Бронт, один из приятелей Маккинона, — то лично я собираю манатки и сваливаю в Аэнрок.
— Если успеешь, — скривился Дэлвин. — Ладно, кто-нибудь знает, когда нам объяснят, что происходит?
— Вечером, Риоран так сказала, — поделилась Лэйна. — Как я поняла, новостей будет много. И вряд ли они нам понравятся.
— Не “вряд ли”, Лэйн, — отозвалась Ирэн. — Зуб даю, они нам точно не понравятся.
Лэйна задумалась, но в ответ кивнула. Когда учебный год начинается с подобных событий — добра не жди. Впрочем, факультет проклятых никогда его и не ждал. У темных магов с добром вообще складывается не очень.
— Ладно, хватит болтать, — проговорила она, вскидывая руки. — Не знаю как вы, а лично меня уже достал запах плесени и сдохших крыс.
— Фу, Вальтери, пока ты не сказала, я даже не замечал! А теперь меня тошнит. Фу!
— Блевать — на улице, неженка, — фыркнул Маккинон, прежде чем тоже переплести пальцы. — Ненавижу нашу общагу!
Первым делом Лэйна расправилась с паутиной — насекомых она терпеть не могла, за что не ходила в любимчиках у их профессора зельеварения, старого ворчливого магистра Орзела. На своем первом курсе, когда на одном из первых занятий её и прочих студентов заставили отделять крылышки от мух, она попросту спалила все запасы данного сомнительного ингредиента. Орзел скрипел (а иначе его голос, сравнимый по своей благозвучности со скрежетом старой телеги, и не назвать) два месяца и грозился выставить её семье счет — мухи были какими-то особенными, привезенными с юга за бешеные деньги. Не преуспел, разумеется, спасибо Галатее и замдиректора Маулборну, который вступился за неё.
Если подумать, большая часть преподавателей Академии чаще была на стороне Лэйны и её друзей. Выгораживала, защищала, и не лютовала в наказаниях слишком сильно. Неудивительно, учитывая, что большая часть магистров происходила из старых, пусть и светлых семей, и не желала переходить дорогу ни Вальтери, ни Блэкмурам, ни Маккинонам. Правда, никакое хорошее отношение не мешало им распределять более чем талантливых детей из этих семей на факультет общей магии. То не их вина — в Триумвират Попечителей входили Беннет, Форкс и Ламбер, которых хлебом не корми, а дай унизить тех, кто хоть в чем-то лучше их. Право победителей, с которым не поспоришь.
— Что-то я уже сомневаюсь, что хочу здесь учиться, — проворчал Люциан, наравне со всеми разгребавший пыль, наводивший иллюзии на стены, потолок и мебель, чтобы коттедж хотя бы с виду напоминал приличное жилище, достойное мага.
— А я предупреждала, — рассмеялась Лэйна, помогая ему превратить облезлое кресло в достойный всякого вельможи трон.