Перевожу взгляд на Молота, который выпрямился и застыл над Салией, странно склонив голову на бок, будто прислушиваясь к чему-то.
— Достаточно, — глухо произносит он и одним ударом вырубает пленницу. В комнате становится тихо. — Вы проверяли остальные комнаты?
— Нет, — качаю головой. — Не успела.
Признаться, я не думала, что в покоях леди Орли может быть кто-то еще. Спящего мы бы разбудили своим разборками. Да и вряд ли герцог остался бы у любовницы до утра. Однако Молот разворачивается и направляется прямо в сторону спальни. Рывком открывает дверь, замирает на пороге, а затем решительно идет внутрь. Следую за ним.
На огромной кровати под балдахином, разметавшись среди простыней, спит герцог Леай собственной персоной. Вот только в его позе есть нечто странное. Мы подходим ближе. Маг склоняется над человеком и переворачивает его на спину, прикладывает пальцы к шее, приподнимает веко. Наверняка прощупывает его магией.
— Чары… — выдыхает он. — Его накачали до предела.
Молот откидывает простынь в сторону, обнажая тело герцога. На груди у того изображен сложный узор из переплетенных молний и прочих символов. Часть из них мне знакома. Наклоняюсь ближе, рассматривая остальные. Трогать даже не пытаюсь.
— Отсроченные проклятие. Что-то связанное с разумом. Действует во вне. Но сам принцип объяснить не смогу…
— Что может его спровоцировать?
Пытаюсь прочесть связки символов, но среди них слишком много неизвестных.
— Не знаю, но узор яркий.
Мы встречаемся взглядами, прекрасно понимая друг друга.
— Спросим того, кто знает…
Возвращаемся назад, маг одним движением возвращает пленницу в сознание и сразу же отвешивает пощечину, от которой ее голова едва не отрывается.
— Какой спусковой механизм у проклятия?
Салия облизывает губы. Из нижней сочится кровь, но ведьма не обращает внимания. Она улыбается.
— Вы уже ничего не сможете исправить… Слишком поздно.
— Не думаю, — холодно возражает Молот и сжимает одной рукой горло ведьмы. Он спокоен. Всего лишь выполняет свою работу. Без эмоций, переживаний и сантиментов.
Через пару секунд жертва уже задыхается. Он ждет немного, позволяя ей пережить весь ужас удушья и отпускает. Салия кашляет и выглядит уже не такой довольной.
— Так что? — равнодушный вопрос.
Ведьма смотрит на него, а затем переводит взгляд на меня. В глубине ее глаз плещется страх. Но ненависть и злоба сильнее.
— Ты ведь так ничего и не поняла? Ты убила князя. Тебя не оставят в покое. К тому же ты убила Филиппа. А она хотела сделать его своим мужем. Князем… Она надеялась, что ты будешь здесь… Поэтому поехала я. Все из-за тебя…
Замечательно. Оказывается, прошлой осенью я умудрилась избавить мир сразу от двух князей. Действующего и потенциального. Что ж… Филипп стал бы достойной парой безумной ведьме. Как раз в ее вкусе…
— Когда подействует проклятие? — снова спрашивает Молот, как будто и не было вспышки.
Пленница переводит взгляд на него и неожиданно зло усмехается. Все ее лицо меняется. По нему пробегает судорога, полностью стирающая личину.
— Когда я сочту нужным! — рычит ведьма, искаженным голосом.
Я вздрагиваю и отступаю. По коже пробегают мурашки. Ферда. Говорили, что она может завладеть разумом любого из своих слуг. И вот теперь мы видим это вживую. Молот не теряется. Бьет ведьму кулаком. Та сразу же теряет сознание. Маг смотрит на меня.
— Убирайтесь из замка немедленно! Если у нее к вам личные счеты, эта безумная дрянь не поскупится на методы.
Киваю. Он прав. Для всех будет лучше, если мы с Деметрием вернемся на базу.
— Что с герцогом?
— Заберете с собой. Я придумаю, как объяснить его отсутствие.
— Мне его на себе тащить до кареты? — интересуюсь вежливо, прекрасно понимая, что возможно и такое.
— Прикажу слугам. Карету заложат, и герцога упакуют. В кратчайшие сроки. Торопитесь.
— А ведьма? — подхожу к столу и забираю кошель.
— С ней я закончу сам, где-нибудь в другом месте.
Судя по интонациям мага, Салию я больше не увижу. Что ж… Не скажу, что буду скучать по ней. Разворачиваюсь к выходу, и на пороге меня настигает голос Молота.
— Если по дороге что-то случится… Избавьтесь от герцога.
— Его смерть может спровоцировать проклятие.
— Может… А может и нет. В любом случае носитель столь сложных чар должен быть уничтожен.