Джоза Медвежью Руку, Дого и Дока, сопровождавших Эрла Бардсона, мертвецки пьяных, в компании двух полногрудых шлюх, видели направлявшимися в один из притонов в районе доков, и после этого о них не было ни слуху ни духу; Мэм и Персо остались вдвоем. Эрно наблюдал за ними, сидя в задымленном верхнем зале «Головы истрийца» — постоялого двора, чуть более приличного, чем «Вражья нога», расположенного выше на холме и дальше от пристаней, в том месте, где, по слухам, скатилась на землю голова короля Стена, когда его постигло возмездие. Уже в сотый раз он удивлялся, до чего эти двое не похожи друг на друга. Командирша наемников даже по мужским меркам обладала могучим телосложением, а Персо был хрупким и гибким, как и все жители его горной страны; она — белокура, он — темноволос; она заплетала пышные волосы во множество кос, украшая их косточками и ракушками, он — коротко стригся спереди и по бокам, а сзади носил хвост, спускавшийся до середины спины перехваченный у основания и на конце узкими золотыми лентами. У Мэм было широкое лицо с грубыми чертами, Персо же обладал красивым точеным профилем; у нее глаза были цвета неба, у него — темные. Вдобавок ко всему он являлся самым вежливым убийцей, каких когда-либо встречал Эрно.
Персо положил ладонь на бедро Мэм, а она наклонила голову и слушала, что он говорит ей на ухо, перекрывая гул, царяший здесь. Раньше Эрно думал, что если кто-нибудь позволит себе подобную фамильярность по отношению к Мэм, то лишится если не жизни, то по крайней мере пальцев; но раньше никому и в голову не приходило сделать это. Грозная, вечно сквернословящая, скалящая острые белые зубы, вряд ли Мэм могла соблазнить хоть кого-нибудь. Однако Персо, казалось, был без ума от нее. Через пару недель после приплытия в Халбо они сняли комнату на двоих, и с тех пор Мэм часто хохотала и улыбалась, шутила и была склонна к несерьезным выходкам, которые, как определил Дого, напоминают игру акулы, когда она готовится тебя сожрать.
Будто почувствовав его взгляд, Мэм внезапно подняла глаза. Она осклабилась и что-то сказала горцу, который откинул голову и захохотал так весело, что Эрно ощутил беспокойство и смутное раздражение: что он такого сделал, чтобы над ним смеяться? Потом командирша наемников поднялась, уперлась рукой в дубовый стол и, мощно оттолкнувшись, перепрыгнула через него. От сильного удара ног об пол доски застонали, а на столах подпрыгнули кружки с элем, забрызгав пеной сидящих. Никто не вымолвил ни слова, не выразил недовольства, хотя в воздухе появилось некоторое напряжение; только один человек, сидевший к Мэм спиной, громко выругался и повернулся, сжав кулаки, готовый к драке. Эрно видел по его лицу, что он осознал свою ошибку, и боевой запал в момент исчез. Отвернувшись, мужчина сел и принялся усердно трясти стаканчик с игральными костями, всем своим видом показывая, что для него сейчас это занятие — самое главное в мире.
— Не сидеть же здесь весь день, — весело провозгласила Мэм. — Надо дела делать.
Она подмигнула Персо, потом подняла бровь, дернула щекой. Эрно видел, как горец ответил каким-то сложным жестом, а затем, словно змея в траве, скользнул к лестнице. Вернувшись взглядом к Мэм, он обнаружил, что та уже исчезла. Его не переставала удивлять способность этой крупной женщины двигаться быстро и бесшумно — несомненно, большое преимущество для наемника и в деле, и в уходе от слежки.
Эрно направился к двери, ведущей к комнатам, пробираясь мимо столов и сидящих за ними гораздо более осмотрительно, чем Мэм. Он был не то чтобы слаб — на полголовы выше большинства мужчин в таверне, — однако наемником стал отнюдь не по велению сердца и предпочитал избегать драки, пока это возможно. Когда он наконец вошел в комнату Мэм, она обвешивалась оружием, а на лице ее читалось нетерпение. Не дав ему и слова сказать, она запустила в него валиком, служившим подушкой. Он уставился на нее, как идиот.
— Собирайся, — велела она. — У нас есть работа.
Внизу, в доках, их уже поджидали остальные члены отряда: Джоз Медвежья Рука, Персо и ещё дюжина наемников, среди них — одна женщина. Они были заняты тем, что грузили на две посудины провизию и оружие, очень много оружия для такого небольшого отряда.
— Что происходит? — спросил он Мэм подозрительно.
— Узнаешь, когда отчалим, — ухмыльнулась она.
— Отчалим? Кто сказал, что я вообще собираюсь покидать город — пешком, верхом или на чертовой посудине?
— В Халбо ничего не случается. Здесь ты можешь только наблюдать за сборищем разодетых, тщеславных, властолюбивых лордов и искателей приключений, которые увиваются вокруг нашего дорогого и влюбленного до безумия короля и его выживших из ума советников.