— У меня нет крови, — потом отвернулась и ушла, оставив Алисию стоять с открытым ртом у повозки.
Теперь ей стало интересно: может быть, эти ее слова в самом деле были правдой? За прошедшие месяцы она узнала довольно много о мире. Четыре лунных цикла минуло с тех пор, как Вран Ашарсон ступил с ней на борт корабля и увез с Лунной равнины, четыре лунных цикла он еженощно оставлял в ней свое семя, а иногда и по нескольку раз за ночь. Но ее живот оставался плоским, как тарелка, а талия — тонкой, в то время как девушки при дворе, которые вышли замуж после того, как Роза поселилась в Халбо, уже хвастали своими округлившимися формами. Она научилась осторожно отвергать предложения служанок, желавших отнести ее белье в стирку. Она говорила им, что предпочитает ухаживать за собой сама. Но из обрывков разговоров, которые она подслушала сегодня, стало понятно, что злые языки уже давно прохаживаются на ее счет. А леди Ауда со временем станет ещё более нестерпимой.
— Дети, чтобы продолжить династию, — тихо повторила она, до конца не понимая, что хотела этим сказать старая королева.
— Что ты говоришь, моя голубка?
Вран тихо вошел в комнату вслед за ней, и она повернулась к нему.
— Кто я? — спросила она.
Этот вопрос она задавала ему уже не раз. Вран подошел к ней, мягко обнял за плечи и посмотрел в ее лицо, озаренное огнем настенных светильников.
— Ты — Роза Эльды, роза нашего мира, королева Северных островов и моего сердца.
Обычно это успокаивало ее, но не сегодня.
— Тебе недостаточно меня?
Вран нахмурился.
— Что ты хочешь сказать? Ты — все, о чем я когда-либо мечтал, самая красивая женщина, самая совершенная жена, которую только может пожелать мужчина и король.
— Но тебе нужны дети, чтобы продолжить династию. — Она произнесла это без всякого выражения.
— Дети, чтобы продолжить династию? Ха! Дети от тебя. Дети, чтобы было кому унаследовать королевство, чтобы волки перестали кружить вокруг. — Он улыбнулся ей, сверкнув белыми зубами сквозь бороду. — О чем ты толкуешь, любимая?
Лицо его сияло. Как будто кто-то разжег в нем огонь: глаза горели в предвкушении, светились необузданным весельем. Пламя светильников отражалось в его темных зрачках, смягчало резкие черты скул и подбородка. Откинув голову, он от души рассмеялся, наполнив смехом комнату.
Роза Эльды с упавшим сердцем наблюдала за этим неожиданным взрывом веселья. Что бы ни значили слова о детях, он все равно не понял ее, а теперь было поздно объяснять. Когда он подхватил ее на руки и отнес на постель, она уже ни о чем не могла думать. Он раздел ее с чрезмерной осторожностью и провел руками по ее стройному телу. Она улыбалась. Но когда он положил голову ей на живот и заснул, из глаз ее потекла жидкость. Она заморгала, пыталась стряхнуть с себя нахлынувшие эмоции, испугавшись незнакомых ощущений. Слезы текли по ее лицу, попадали в рот. Они были жаркими, солеными и неожиданными.
Потом она кое-что вспомнила.
Это было нечто смутное и трудно определимое. Она стояла, глядя вниз в глубокую горную расщелину. Пыль еще не улеглась, и шум падающих камней не мог заглушить какого-то отдаленного глухого рокотания. Она вспомнила физическую боль в груди и в горле, ощущение, будто она проглотила один из этих падающих камней, болезненное покалывание в глазах. И такая же горячая соленая вода пролилась тогда по ее лицу. Красная пыль покрывала ее ступни, край белого платья. Одна капля упала, медленно, словно перышко, ей на ногу, прочертив белую дорожку посреди красного. А затем грубая рука толкнула ее, и она пошла, спотыкаясь и ничего не видя от первых в своей жизни слез.
Глава 16
ОСТАВШИЕСЯ В ЖИВЫХ
Только половина команды «Снежного Волка», самого прекрасного корабля из всех когда-либо построенных Мортеном Дансоном, вернулась на Камнепад.
Тэм Лисица исчез в глубинах океана, а с ним и Сильва Легкая Рука, и Мин Кодфейс, и еше полдюжины лучших актеров и акробатов Эльды, к чьим талантам океан остался равнодушен. Спаслись Белла Огненная Кошка и еще две женщины, а также акробат Джад и корабельщик, ради которого и было затеяно это плавание. Люди уцепились за обломки мачты и куски обшивки и держались до тех пор, пока их не подобрал в уцелевшую лодку Урс, чье и без того изуродованное лицо перекосила новая рана. Катла Арансон часами вглядывалась в воду с носа лодки, не теряя надежды увидеть в волнах Тэма Лисицу, брата и Йенну Финнсен. Казалось невозможным поверить в то, что они утонули, хотя она своими глазами видела, как их смыло за борт. Халли обладал огромной силой духа и тела и не мог просто так сдаться и погибнуть. На миг он представился ей, стоящий в темноте, озаренный лунным светом, с развевающимися волосами, но она отогнала этот образ, не позволяя себе думать о его смерти.