— Мне нужно, чтобы ты выковала для меня еще несколько заклепок, Катла, и скобы для носа.
— Заклепки сделать я могу, но скобы?
— Дансон тебе покажет. — С этими словами он повернулся и пошел прочь.
Катла видела, в каком он оцепенении. Она посмотрела на бабушку, но Геста только пожала плечами.
— Ты лучше сделай, как он говорит, детка. Он не остановится, пока эта чертова штука не будет построена и он не наберет команду из самых отчаянных дурней на всех островах, которые согласятся отправиться с ним в это сумасшедшее плавание.
Мортен Дансон уже был возле кузницы. Выглядел он так, будто ждал ее долгое время: руки его были сложены на груди, а лицо грозное и сердитое. Кроме нее, еще должен был прийти его помощник Орм Плоский Нос с необходимыми чертежами.
— Аран Арансон утверждает, — начал Дансон, — что ты — лучший мастер по металлу на Северных островах. Я ответил ему, что его хвастливое заявление сослужит ему плохую службу, если это неправда. — Он презрительно усмехнулся, и от этого у нее по коже поползли мурашки. — Я предложил моего кузнеца, но он отказался. Твой отец, наверное, стремится как можно скорее познакомиться с жилищем Сура на дне морском, если считает возможным доверять такое важное дело сопливой девчонке, которая только и умеет, что раздвигать ноги, когда ей скажут.
Катла сама не знала, как удержалась, чтобы не дать ему в глаз. За подобные слова обидчика следовало вызвать на площадку для кулачного боя — ей самой или кому-нибудь из семьи. Но по тому, как он, улыбаясь, кривил лицо, она видела, что в роли главного корабельщика в Камнепаде он чувствует себя в полной безопасности, по крайней мере до тех пор, пока корабль не будет полностью закончен и спущен на воду. «Тогда, — подумала Катла, — тогда мы посмотрим, какой ты храбрец». Сейчас она просто брезгливо посмотрела на Дансона и, задев его плечом, прошла в кузницу.
Внутри было темно, душно и дымно. Аран велел поддерживать огонь в кузнице Ульфу Фостасону, но поскольку от прежних обязанностей его не освободили, он не справлялся ни с одним, ни с другим делом, и козы без присмотра бродили по холмам или, что еще хуже, поедали новую поросль на полях, а огонь едва тлел. До того как Катла вошла, он стоял, скучая, опершись о стену, но, увидев ее, с силой налег на мехи. Хлопья золы взлетели в воздух, и в печи ярко вспыхнули угли.
Катла кивнула ему, потом осмотрела кузнечный горн. На каменном полу валялись кусочки чугуна, кто-то опрокинул полное ведро новых заклепок и шайб, но даже не потрудился собрать их. Все ее инструменты были разбросаны, кто-то неуклюжий промахнулся с ударом тяжелого молота и отколол угол гранитной наковальни. Катла догадывалась, кто это мог быть: в отца будто демон вселялся, когда речь шла о его новом корабле.
Бормоча проклятия, она принялась за уборку. Смела в одну кучу куски чугуна, заклепки и шайбы, отделила негодные обрезки от хороших кусков металла, которые еще можно переплавить. Потом подобрала инструменты и разложила их по местам на полке, громко пыхтя и раздувая щеки, повернула огромную наковальню, так чтобы отбитый край не мешал в работе. Наконец она вытерла руки о штаны.
— Итак, — сказала она Мортену Дансону со всей вежливостью, на какую была способна. — Как насчет мерок для заклепок?
Корабельщик постучал себя по лбу.
Катла нахмурилась. Было трудно понять, что он хотел сказать этим жестом.
— Ну так что? — переспросила она грубо.
— Все, что нужно знать о постройке любой части корабля, находится у меня в голове, — сказал Дансон, ухмыляясь с нестерпимым самодовольством.
— Но этого нет в моей голове, — рассердившись, ответила Катла. — И как я могу отмерить нужное количество железа, как мне определить форму и толщину деталей, которые я должна выковать?
Корабельщик пожал плечами.
— Я тебе расскажу.
Катла не привыкла, чтобы ей кто-нибудь указывал, как и что делать. Она рассвирепела.
— Не думаю, что из этого что-нибудь выйдет.
— Тогда что ты предлагаешь? — резко спросил Дансон.
— Мне нужно знать, как заклепки будут крепить дерево, как они будут стоять, каково будет напряжение, которое им придется выдержать при движении корабля.
Корабельщик посмотрел на нее с удивлением. Этого он совсем не ожидал: он привык, что люди, которых он нанимал, делали все по его указаниям, как будто мозгов у них было не больше, чем у овцы, а тут женщина, которой к тому же надо знать, как устроен корабль… Что ж! Он покажет ей все, что она требует, и пусть она выставит себя при этом полной дурой.
— Пойдем со мной, — сказал он и повернулся.