Глава 3. Дура
*Алекс*
Сидя на кухне я смотрел в телефон и ел уже порядком остывшую еду. Из мыслей меня вырвало чьё-то покашливание. Это оказался Василий Александрович.
— Добрый вечер.
— Ну здравствуй, Алекс.
Старик смотрел как-то по-доброму и почему-то улыбался.
— Произошло что-то хорошее?
Прежде, чем старик ответил я знал ответ.
— Правильно понимаешь. Мой господин, похоже, вскоре женится.
— Хм? И на ком же? - какой забавный у него взгляд на ситуацию, хотя он не может думать иначе, ему ведь никто не рссказал, КАК птичка попала ко мне
— Да вот, девушку наконец в дом привёл, Тией зовут.
Старик и правда был счастлив за меня. Только вот я злился на него. Я? И эта дура? Мы просто не можем быть парой, мы просто не совместимы.
— Василий Александрович, не придумывайте себе ничего, она просто очередная девка, которую я хочу покорить. Потом я просто её выгоню
— Нет, Алекс, это ТЫ ничего себе не придумывай. Ты привёл её в дом, купил одежды, бесишься с того, что она не ест. Не такое у тебя поведение, когда ты девушку хочешь под себя подстелить. Вы просто плохо друг друга знаете. Вот скажи она красивая?
— Очень.
Блядь. Ну как так-то? Ну почему именно сейчас ответил я быстрее, чем подумал?
— Ну вот видишь, это ты понял только на второй день, а через месяц, глядишь, и жизни без неё не сможешь представить.
— Нет, Василий, мы слишком разные, даже если я в неё и влюблюсь, то она не позволит себя любить. Она хорошо дерётся, не послушная, не покладистая к тому же я ей противен.- мне она. кстати, тоже - Мне такая девушка не нужна. К тому же она никогда не показывает свои слабые стороны, только жёсткие глаза и холодные ответы. Зачем мне такая?
— Это она сейчас такая, все девушки одинаковые. Им всем хочется любви, ласки. Они, как цветы, если за ними не ухаживать, то они и цвести не будут. Ты подумай, Алекс, где ты ещё найдёшь такую? Она смелая, сильная, красивая и голос у неё звонкий, певучий. Подумай хорошенько, а то загниёт твой цветок - его глаза вдруг стали очень серьезными - другой ты уже не вырастишь.
— Спасибо, конечно, за совет, но иди-ка ты спать, а завтра проснёшься, посмотришь на неё и на меня и может изменишь своё решение.
Старик встал, дружеский хлопнул по плечу и ушёл. А я остался думать над его словами. Совсем один, еда остыла, телефон надоел. А может прав старик? Женится надо? И ужин будет, и в бордель не надо будет так часто. Только не на ней. Не на Тие.
Настроение упало ниже нуля. Ни еды, ни секса, ничего уже не хотелось. Но почему-то захотелось, чтобы кто-то обнял, как мама, по-родному, тепло и любя. Эх, старик. И зачем только он мне всё это сказал?
*Тиона*
На следующий день я проснулась и сразу же почувствовала себя размазанной по стене. Голод давал о себе знать, к тому же у меня была температура. Было настолько плохо, что не было сил встать. Поэтому я просто попыталась снова заснуть, но настойчивый стук в дверь опять меня потревожил.
— Я ничего не хочу, идите нахрен! - я кинула подушкой в дверь.
Снова попыталась уснуть, но долго это не продлилось - вошёл Гучев.
— Вставай.
— Не хочу. - как можно твёрже ответила я.
— Вставай. Поешь, оденешься и можешь опять лежать здесь, и злиться.
Я подняла голову, и изо всех сил попыталась не выдать свою лихорадку. Видимо у меня это получилось, потому что Гучев посмотрел на меня своими зелёными глазами и просто спросил:
— Ответ "нет"?
— Бинго!
— Хорошо.
И всё? Так просто? Он взял и просто ушёл? Может мой план сработал и он скоро меня отпустит?
Сил на раздумья больше не осталось, поэтому я просто легла и постаралась заснуть, но выходило уже плохо, мне снились злые глаза Гучева, его мерзкая улыбка и ещё какие-то кошмарные монстры.
*Алекс*
Странно, сегодня птичка даже злым взглядом меня не одарила, хотя и есть не стала... Да и голос у неё странный был, хриплый как будто... Но кто их, этих баб поймёт?
Махнув на всё рукой я уехал на работу. Надо было ещё разбираться с контрактом от старика, хотя вряд-ли он что-то там напортачил, девка-то дорога.
***
Вечером мне поступило предложение расслабиться в одном клубе. Домой было ехать неохото, поэтому я принял приглашение.
Яркий свет и музыка приятно расслабляли, мысли о птичке уходили куда-то далеко. Красивые девушки моментально окружили меня, друзей тоже куда-то увели.
Взяв пару горячих штучек и закрывшись с ними в тёмной комнате, мы занялись делом.
Вся одежда милых дам мигом оказалась на полу, и они любезно предоставили свои внушительного размера дыньки.
Меня всегда цепляли такие девушки - послушные, красивые, пусть не очень умные, но именно сейчас, глядя на эти перекаченные задницы и губы, мне вдруг стало невыносимо противно. Я опять вспомнил птичку.
Я вдруг осознал - она не ела три дня, а когда я вошёл сегодня в её комнату она была неестественно красная.
—А если она умрёт? Что я скажу её отцу? А пресса?- в голове пронесся вихрь вопросов, котрые задал себе вслух.
— Что? - чёрт, я и забыл про них.
Одна из этих куриц сделала глупое выражение лица и выпятила губки. Как мерзко. Я собрался, кинул пару купюр на стол и сказал:
— На этом всё. Пошли вон!
Девки засобиралась, а я вышел из клуба, отмазовшись от глупых вопросов друзей. Сев в машину погнал на всю мощь.
Дома я был через 20 минут. Ко мне тут же подбежала Марина - одна из моих служанок, она что-то лихорадочно мне объясняла, но понял я одно - птичка до сих пор спит, просыпаться отказывается и есть тоже.
Я быстро пересёк коридор на втором этаже и буквально ворвался в её комнату. Птичка лежала под одеялом. Одним махом я снял его с неё. Она была вся красная. Красная и горячая.
— Просыпайся!- заорал я.
Почему я так нервничаю? Но отвечать самому себе не было времени.
Я поднял девочку с постели. На её лбе можно было яичницу жарить, клянусь. Я встряхнул её - птичка не отвечала, глаза были намертво закрыты. Чёрт! Это могут быть и судороги. К тому же она не ела, её побили, малышка падала в обморок и это всё было сдобрено нервами.
Я быстро отнёс её в свою комнату. По пути я встретил Василия Александровича, коротко приказав ему позвонить Тимати - моему лучшему другу и по совместительству врачу.
Уложив птичку к себе на кровать я вспомнил, что мама всегда, когда я болел клала мне мокрую ткань на лоб, это помогало.
Спустившись на первый этаж я нашёл Анну и сказал ей принести тёплое полотенце в мою спальню, а сам нашёл градусник, прихватил стакан воды и пошёл измерять птичке температуру.
Тридцать девять и пять. Так я и знал. Довела и себя, и меня девка. Анна уже принесла полотенце и я аккуратно положил его девочке на голову. Послышался вздох облегчения. Так гораздо лучше, я по себе помню это.
Пока я ждал Тимати мне пришла одна очень важная мысль - птичка не только не ела, она ещё и не пила! Дура, блядь... Придётся её поить. Но как?
Думать долго не пришлось. Да и думать о птичкиных интересах времени не было. Набрав в рот воды я прикоснулся к её губам, а затем втолкнул ей воду в рот. Девочка нехотя проглотила воду. Я повторил данную манипуляцию несколько раз.
Думаю не стоит ей говорить, как тяжко мне дались её капризы. Вот проснётся и всё у меня есть будет. А если нет, то мы найдем способ.
Из мыслей меня выдернул Тимати - он уже пришёл и своими проворными руками ставил капельницу.
— Как же ты до такого состояния её довёл, а? Не стыдно? Я, конечно помню, что у тебя с её отцом разборки были, но девушку ты зачем втянул?
— Блядь! Да я и сам теперь жалею, если б знал, что она такая строптивая ни за что бы на такое не пошёл!
— Рассказывай по порядку, как ты довел её до такого состояния?
— Её побили, - я видел, как нахмурился лоб друга, но сейчас мне на это было уже похуй - она отказалась есть и пить, не знаю, может есть что-то ещё, но вроде это всё.
— Странно..
— А ещё стресс. Думаю что сильный стресс. И плюс всё это длилось три дня.
— Дурак ты, Алекс! Над такой красавицей издевался! А всё из-за чего? А всё из-за твоего самолюбия, везде ты первый должен быть, неужели других способов не было?
Я лишь опустил глаза. Друг всегда был добрым и рассудительным, может быть поэтому у него и жена любящая есть и счастье, вот скоро первенец. А у меня ничего нет, ничего кроме злости, да этой чёртовой компании, чёрт бы всё это побрал!...