Наконец Эвретто выступил вперед.
– Ваша светлость, должен с прискорбием сообщить, что в доме произошла кража.
– В моем доме? – уточнил Гергос.
– Да, ваша светлость.
– И что же украли?
– Золотую цепь господина Тракаса, три кольца и коробочку для пастилок с инкрустацией.
– О, о последнем не беспокойтесь. Я сам ее отдал.
– Отдали, ваша светлость? Ри?
– Совершенно верно. Эвретто, а что у вас с лицом? Это что, синяк?
Камердинер явно смутился и чуть отвернул голову, чтобы синяк был не так заметен.
– Это произошло случайно.
– Несомненно. Это вы вызвали полицию?
– Да, ваша светлость. Господин Тракас настоял.
И снова господин Тракас. Имя вроде бы знакомое, но Гергос каждый день слышал столько имен, что давно перестал их запоминать. Он снова взглянул на тучного господина. Нет, они с ним определенно раньше не встречались.
– А что насчет колец и коробочки? Вы сами обнаружили пропажу?
– Да, ваша светлость.
– Когда? Как? Не помню, чтобы приказывал вам осматривать мои вещи.
– Нет, ваша светлость, но…
– Но что?
– Этот мальчик, паж.
– Ри?
– Да, ваша светлость, когда он вернулся сегодня днем, то был не в себе.
Стоявшие за спиной Эвретто слуги согласно закивали, некоторые – с мстительным удовольствием. Неужели Ри так быстро обзавелся врагами? Впрочем, ничего удивительного. Новый любимчик хозяина.
– Он порезался, – холодно сказал Гергос, смерив каждого тяжелым взглядом. – Это не такая уж заразная болезнь.
– Дело не в этом, он…
– Ну, говорите же, Эвретто, что с ним?
– Он вел себя неподобающим образом.
– А, так это он вас ударил! И как только дотянулся?
На помощь смущенному Эвретто пришел дворецкий.
– Напав на господина камердинера, мальчик провел полчаса с госпожой Дакару – она решила не дожидаться вашего возвращения и ушла в слезах. После этого ваш паж поднялся на второй этаж, зашел в вашу комнату и пробыл там какое-то время. Когда он спустился, его и увидел господин Тракас.
– А что вы делали в моем доме? – впервые обратился Гергос к тучному господину. – И кто вас впустил?
Тот наконец поднялся и довольно-таки нахально уставился в ответ.
– Я вошел сам, ваша светлость, и собираюсь забрать мальчика.
– Какого еще мальчика?
– Ри!
– Ах да, этого мальчика… Но по какому праву?
– По праву собственности! – громыхнул Тракас. – Директор Боравадо составил необходимые документы на мое имя еще год назад!
Теперь Гергос вспомнил, где и когда слышал его имя. Патрон Интерната, давно положивший взгляд на Ри. Неудивительно, что тот предпочел стать вором.
– Возможно, достопочтенный директор Боравадо забыл упомянуть об этом во время нашего с ним разговора неделю назад. Если произошла ошибка, обратитесь к моему юристу. Парлато, вы помните адрес конторы?
– Конечно, ваша све…
– Мне не нужен никакой юрист! Я пришел за мальчишкой!
– Но его здесь нет.
– Потому что он обокрал меня и сбежал! Сдернул золотую цепь с моего пояса и удрал, маленький паршивец!
Милостивая Эйръярта, какая ирония! И ведь все – даже полицейский – понимают, что Тракас врет. Но слово благородного человека слишком весомо, и побег в подобных обстоятельствах выглядит как самое настоящее признание вины. Никто даже разбираться не станет. Гергос планировал припереть Ри к стенке с помощью родового перстня Албэни, господин Тракас использовал собственную золотую цепь. Как же отвратительно это выглядит со стороны…
Гергос вздохнул.
– Его кто-нибудь видел? – спросил он у Парлато.
– Нет, ваша светлость. Я слышал только, как хлопнула входная дверь, вышел в коридор и наткнулся на весьма раздосадованного господина Тракаса.
– После чего я и проверил драгоценности вашей светлости, – вставил Эвретто.
– И посчитали, что их украл Ри?
– Это несомненно, – кивнул дворецкий.
– Ри все-таки что-то украл… – недоверчиво повторил Гергос. – Я потрясен.
– Ничего удивительного, – наконец сумел вставить слово полицейский. – Интернатские воспитанники часто крадут. Это все кровь.
– Кровь? Какая кровь? – удивился Гергос.
– Их кровь, ваша светлость, – под неприветливым взглядом Гергоса полицейский начал слегка заикаться. – Их родители были пьяницами и ворами, и дети, сколько их ни воспитывай, идут той же дорогой.