- кусаться вздумала? - насмешливо спрашивает он. Кажется Громов наслаждается ситуацией. Хищник загнал добычу в угол.
Он тянет меня в комнату. Спальня. Вернее берлога. Кидает на кровать.
- остановись Громов! - пытаюсь достучаться до здравого смысла мужчины.
- ты сама себя предложила. А я просто беру, - он начал раздеваться.
- нет Громов, я не собиралась спать с тобой.
Рубашка полетела на пол, оголяя накачанный торс. Мышцы перекатываются от каждого движения.
- не собиралась, - передразнивает он. Расстегивает брюки.
Я, словно опомнившись, соскакиваю с широкой кровати и оказываюсь на другой стороне. Он не спеша обходит ее. Запрыгиваю снова на кровать с намерением перескочить на другую сторону. Его пальцы смыкаются на лодыжках и я уже лицом вниз плюхнулась и уткнулась в подушку. Слишком быстрый. Через мгновение Громов придавливает меня всем своим огромным телом сверху, не давая пошевелиться. Коленом раздвигает мои ноги. Юбка задралась по пояс. Каменный член упирается в ягодицы. Пытаюсь вырваться, но силы не равны. Паника. От бессилия. Я сильнее чем большинство женщин, тренированная, но мне не справиться с ним.
- так проще всего да? Захотел - получил. Применять силу к тому, кто слабее тебя. Трус! - выкрикнула я последнее слово.
10
Время остановилось. Секунды тянулись. Ничего не происходило. Словно кинолента на паузе. Никаких звуков, кроме его частого и рваного дыхания не слышно.
Снова дергает меня за волосы, заставляя выгнуться.
- я дам тебе выбор, - говорит он напряженно, сквозь зубы.
Замираю. Даже не дышу.
- ты всё рассказываешь, и с этого дня работаешь на меня.
Господи!
- хорошо, - я, не верю в свою удачу. Я сейчас на все готова согласиться.
- что накапала в вино?
- снотворное.
- если ты врешь, я тебя пристрелю, - говорит Громов, а я ему верю. Ни капли не сомневаюсь, что именно так и будет.
- не вру.
Он проворно встает, освобождая меня от веса своего тела. В мою сторону не смотрит. Переворачиваюсь, поправляю юбку и свешиваю ноги с кровати.
- Матвей поднимись, - говорит Громов, прислонив телефон к уху.
Присаживается в мягкое кресло. Поправляет свой все еще возбужденный орган. Сгибает ногу в колене так, что щиколотка остается на колене другой ноги.
Прикладываю холодные пальцы к горящим щекам. Испытываю ни с чем не сравнимую радость. Что все это закончилось. Я жива, цела и не избита. Пока что…
Громов смотрит на меня. Я бы многое отдала, чтобы узнать о чем он думает. Его внимательны взгляд скользит по мне. Препарирует. На мелкие кусочки, а потом заново собирает. Минуты тянуться слишком медленно…
Дверной звонок оповестил о приходе, судя по всему того самого Матвея.
Громов поднялся, подошел ко мне и взяв за руку потащил к входной двери, не заботясь и не контролируя силу захвата. Морщусь, но возмущаться не собираюсь. Я оглянулась. Не заметив раньше обстановки, сейчас открыла рот. Нафига такие хоромы одному? Здесь свободно можно ездить на велосипеде. Да какой велосипед? Тут и на машине есть где развернуться.
- у тебя клаустрофобия?
Громов игнорирует мой вопрос.
- живешь не в квартире, а в галерее какой-то…
- заткнись, - раздраженно бросил Громов, - чтобы я не передумал и другим способом не закрыл тебе рот.
- ладно, молчу, - пожала я плечами, - и нервы ни к черту…
Что я несу? Ну нарываюсь же. «Язык без костей» - так говорила бабуля, смеясь.
А этот, только зло зыркнул. И на том спасибо. А мог и по стене размазать.
- и еще, - Громов останавливается и разворачивает к себе. По инерции не успеваю затормозить и врезаюсь носом в его грудь, - еще раз попробуешь меня ударить, сверну тебе шею.
- да поняла я, - примирительно говорю ему.
Громов открывает дверь.
- убери ее, - выталкивает меня в руки какого-то мужика-Матвея. Я видела его раньше. Он везде за своим хозяином хвостиком бегает. Телохранитель наверно.
- куда труп девать? - спрашивает Матвей.
- с ума сошел? - повысила я до визга голос.
Громов закатывает глаза и раздраженно вздыхает.
- закрой где-нибудь до понедельника, потом решу, что с ней делать.
- смотри, хорошенькая какая стала. Была белобрысой, сейчас хоть на человека похожа. Не узнать прям, - хмыкнул Матвей. В этот момент Громов захлопнул перед нами дверь.