Стиснув зубы от боли, Нира поднялась.
Трое мальчишек стояли напротив. Обмен взглядами проходил без любезностей, но и агрессии с их стороны она не улавливала, скорее, интерес с примесью благодарности и юношеского запала.
Наверное, занимательное зрелище со стороны: кругом убитые мужики, и они вчетвером: грязные, с растрепанными волосами, в крови поверженных врагов.
От такой картинки захотелось истерично рассмеяться, но Нира сдержалась.
М-да… Мир снова подтвердил свое безумие. Ничего не менялось… Ни в ее прошлом, ни сейчас.
Она уже собиралась наладить вербальный контакт, как минимум назвать имя, но внезапная слабость прокатилась по телу. Пришлось ухватиться за ближайшее дерево, чтобы не упасть.
Мальчишки также переговаривались на непонятном ей языке, кивая в ее сторону и поглядывая вниз. Проследив за их взглядами, Нира удивленно округлила глаза.
Странно… Она этого даже не заметила. И боли почти не было, хотя, как такое не заметишь?
В левом боку торчал нож.
Глава 8
Страха не было. Пока еще не было… А вот слабость накатывала. Такая, что удержаться на ногах Нира уже не сумела.
Темные мушки плясали перед глазами, мелькали и исчезали. Она не могла понять, что причиняет ей больше неудобств: нож в боку, пульсирующая боль в голове или разбитый нос, из-за которого вкус воздуха смешался с металлом.
Кровь сочилась по краям раны, но не так обильно, как можно было бы ожидать. Нож казался коротким. Узкое лезвие, похоже, сдерживало кровотечение, но Нира все равно не знала, что творится внутри. Адреналин, хлынувший во время схватки, теперь стремительно спадал, оставляя за собой зябкость, слабость и запоздалую панику.
Самый младший из мальчишек осторожно подошел, потянулся грязными пальцами к рукояти ножа.
— Не трогай! – рявкнула она, как можно строже.
Нельзя вынимать нож. Пока лезвие внутри, быстрая смерть ей не грозит. Стоит же дернуть – и последствия предсказать невозможно.
Может быть, все обойдется: селезенка гораздо выше, крупных сосудов в этом месте немного, но как понять, насколько глубоко ушел нож и какой у него размер? Подвздошная артерия находилась не так уж далеко, а если была задета вена, кровь могла медленно, но неуклонно скапливаться в брюшной полости, оставаясь незаметной до тех пор, пока не станет слишком поздно.
— Мне нужны мои вещи…
Мальчишки никак не отреагировали. Пришлось повторить.
— Мои вещи! Понимаете, нет? – злость придала ей сил. – Вверх по ручью… Там, мать вашу… Да скажите хоть что-то!
Но те только таращились на нее, будто не слышали.
Подавив эмоции, Нира ненадолго зажмурилась. Помощи от них, по всей видимости, не дождаться – надо самой идти к рюкзаку. Лишь бы встать и не грохнуться снова.
Она сделала слабое движение, но перед глазами поплыло, земля качнулась, и ей пришлось опять откинуться на дерево, тяжело дыша.
Вот тебе еще одно правило. Главное правило!
Никогда, мать твою, не вмешивайся!
Не знаешь, что делать – пройди мимо. Либо в девяти случаях из десяти твой никому не нужный альтруизм закончится именно вот так: ты сидишь с ножом в боку, а вокруг тебя кучка дураков, которые ни черта не могут.
Нира хихикнула, но сразу скривилась от боли. Зараза... Похоже, ей уготована смерть в окружении идиотов. Вот бы Ада посмеялась…
— Что смотрите? – пробормотала она, уже не надеясь на понимание, но молчать не хотелось. – Сдались вы мне, как головная боль, дурачье лохматое.
Мальчишки вновь зашептались между собой. Потом двое старших исчезли в лесу, и вскоре вернулись, притащив то ли живую, то ли уже мертвую женщину, что раньше нес один из мужиков. Положили ее рядом с ней.
— О, спасибо. Отличная компания, – съязвила Нира, но к своему облегчению, заметила, что после этого они все же начали что-то делать.
Обыскали чужие сумки, нашли чистые на вид тряпки, разорвали их на бинты, и помогли ей зафиксировать нож. С ней не разговаривали, правда, спрашивали разрешение глазами, так смешно зыркали, что даже сумели отвлечь.
Никто за ее рюкзаком не пошел – пришлось смириться с наличием стерильного перевязочного материала, пусть тот и находился всего в метрах пятидесяти от них. Настаивать и дальше, объясняться жестами, не было ни сил, ни терпения. Но, кажется, ей и правда улыбнулась удача: не тошнило, не морозило, отсутствовали тревожные признаки шока и внутреннего кровотечения. И мальчишки показали себя не такими уж идиотами, хоть что-то знали о первой медицинской помощи.