Как же приятно ее целовать. Напиваться ею. Чувствовать пальцами ее кожу пусть даже через слои ткани. Это ненадолго. Пусть привыкнет, пусть смирится. Я дам время. Никому не давал никогда, а ей дам. Да я и не целовал никого давно уже. Шлюх целовать противно, это тоже самое что болт полировать. А к ней тянет приложиться губами. Тянет заклеймить ее рот, ее губы.
Какая же она… просто охренеть, невероятная. Разрываю поцелуй, чтобы дать ей глотнуть воздуха, и она жадно хватает его. Дышит глубоко, рвано. А я в этот момент стараюсь надышаться ею. Веду носом по ее виску, к подбородку и шее. Напитываюсь ее теплом, тяжелым дыханием, ее присутствием, нашим прикосновением друг к другу. Веду носом по её виску, спускаюсь к подбородку и шее. Нежная, бархатистая кожа покрывается мурашками от моих прикосновений. Я чувствую, как она дрожит в моих руках, как пытается сохранить остатки сопротивления, но её тело уже предаёт её.
Её кулачки – нет, не кулачки, а маленькие, изящные кулачки – покоятся на моей груди. Всё в ней прекрасно: и эти маленькие руки, и её своенравный характер, и эта дикая, необузданная красота. Всё только моё. И она моя, хоть и пытается сопротивляться, убеждать себя в обратном.
Но скоро она поймёт и примет этот факт. Все будет так, как я сказал, как я решил. Я чувствую, как бьётся её сердце под моими ладонями – быстро, испуганно, но в то же время призывно. Она моя, и я не отпущу её. Никогда.
- Отпусти, прошу, - рвано шепчет моя девочка.
- Никогда, - выдыхаю ей в шею. Прикладываюсь губами к ее бархатной коже. Прокладываю путь из поцелуев до мочки уха и слегка прикусываю. А потом возвращаюсь к шее. «Дикая» запрокидывает голову и пытается подавить стон, но я все же слышу его. И улетаю от ее реакции. Возвращаюсь к губам. Подцепляю губами ее нижнюю губу и слегка оттягиваю, слизывая проступившую кровь. Ее глаза закрыты. – Посмотри на меня, - приказываю ей.
Моя девочка подчиняется. Взгляд мутный, словно она под кайфом. Под тем же что и я. У нас один кайф на двоих, наш собственный.
- Моя, - шепчу ей в губы, облизываю и снова шепчу, - моя. Моя девочка.
- Прошу, - снова повторяет. Взгляда с меня не сводит, глаза не прикрывает.
- Попроси по-другому, - улетаю от ее нежного голоса. Хочу слышать и слушать ее снова и снова.
- Демьян, прошу, - произносит она с придыханием.
Охуеть как же она ласкает мое имя. Как у нее это получается? Словно за яйца держит меня. Произносит мое имя и словно узел затягивает сильнее. Охренеть.
- Повтори, - прошу ее.
- Что?
- Имя мое повтори.
- Демьян, - снова с придыханием.
Кайфую от этого. Раньше и подумать не мог, что вот так легко меня за яйца возьмет девчонка. Я ее еще даже не раздел, даже не прикоснулся к голой коже, даже не начал трахать, а уже готов разрядиться. Пиздец. Что она со мной делает. Как увидел ее на балконе на покере, так и понял моя будет. А после первого прикосновения у стены, вообще башню сорвало от ее запаха, вкуса. Хер взял курс на нее. И другие бабы словно померкли вокруг. Потухли как свечи. Есть только одна яркая свеча, один лишь ее огонек, который задает мне курс.
Смотрю в ее глаза, веду пальцем по подбородку, пелена рассеивается.
Яркий взгляд ее это то что я хотел. Я вижу ее, а она меня. Вот она наша вселенная.
А потом резкий удар в бедро, чуть ли не по яйцам прилетает. Сильно так. От неожиданности выпускаю девчонку, и она этим пользуется. Отстраняется и выбегает из моего логова.
Шустрая. Улыбаюсь как дебил. Чуть по яйцам не заехала, а я лыбу давлю. Ну точно дебил не иначе.
«Дикая» - моя девочка. Далеко не убежишь…
Прошу оставить какой нибудь смайлик в комментариях, Вам не сложно, а мне приятно! Жду вас в моем телеграмм канале Григорьева Наталья.
8.
Выбегаю из Северного блока словно ужаленная. Да, бегу, не иду. Скорее убраться отсюда. Подальше от него, от своей реакции, от тех эмоций что бушуют во мне сейчас.
А это: растерянность, гнев, злость и страх.
Я растерялась, не смогла сразу оттолкнуть «Демона». Страх за «Ворона» будто парализовал меня. Мне было страшно за напарника. Он лежал без сознания, а «Демон» уничтожал его при мне и из-за меня. За поцелуй, лишь за один поцелуй.
Тогда, когда я увидела эту картину, даже не сразу сообразила. Как поступить? Оттолкнуть Демьяна я не могла, он будто машина для убийства накинулся на «Ворона». Бил, выпускал ярость. Он силен. Очень сильный. Большой. И злой. Если бы я не встала между ним и напарником, думаю Саша бы не выжил.
Демьян зэк, он убивал и очередное убийство для него — это очередной вздох, полагаю. Во всяком случае со стороны мне так показалось. Но что-то во мне его остановило. Хотя, я думала он накинется на меня. Ударит. Но этого не произошло. Свое дикое животное он обуздал. Как-то смог.