Но я медлю. Нарочно. Хочу впитать каждую секунду этого момента — триумфа, победы, долгожданного финала. Я ждал этого слишком долго. И теперь буду наслаждаться каждой минутой, каждым вздохом, каждым мгновением перед тем, как сорвусь в эту бездну.
Обхватываю стол рукой и начинаю водить головкой по ее лицу, губам. «Да, детка, сейчас я оторвусь за все дни мучительного воздержания», - мысленно говорю: «Дикой». «Ты будешь еще долго помнить длину и толщину, а ноги сомкнуть не сможешь несколько дней подряд. Я возьму свое по полной».
Провожу очередной раз по ее пухлым губкам членом и уже готов вставить ей его в рот…
- Братан, давай уже быстрее, сегодня важный день, а ты в душе уже полчаса зависаешь, - стучит в дверь Эльдар и я готов его прибить нахрен.
Открываю глаза. Стою в душе с жестким стояком, обхватив его рукой и крепко сжимая. Яйца будто свинцом налиты. А в голове надуманный образ «Дикой» на коленях передо мной.
Блядь, до чего она меня довела.
Взрослый мужик, а веду себя как молодой пацан, который дрочит на придуманный образ в душе.
Пора с этим завязывать! Или уже «Дикую» оттрахать, или любую другую. Ту же Юльку, которая сама выпрыгивает из трусов, при виде меня.
Да. Надо решить этот вопрос и точка.
С четким планом в голове, все же закрываю глаза и провожу несколько раз по стволу и быстро разряжаюсь, сильно стискивая зубы и разряжаясь на стенку душевой. Вода как единственная свидетельница, моего позорного выстрела, сметает в сливную трубу следы моего присутствия.
Быстро ополаскиваюсь и вываливаюсь в коридор.
Пусто. Тишина.
Одеваюсь и выхожу, и тут такое, что прошлый веселый подъем моего «дружка» это было просто разминка. Один лишь взгляд и все «баста», будто и не разряжался.
Твою ж… мать…
16.
Не могу поверить своим глазам: Дикая лежит в идеальном шпагате, грудью почти на полу. Поза настолько безупречная, что кажется, будто она не требует усилий – но я вижу, как под кожей перекатываются напряженные мышцы.
Её ноги – длинные, прямые, женственные – будто созданы для этой позы. Черные облегающие шорты подчеркивают каждый изгиб, а топ обрисовывает косые мышцы и небольшую упругую грудь. Все в ее фигуре соразмерно, все на своем месте – идеальные пропорции, идеальное тело. Идеальные полушария – задницы.
Я стою как вкопанный, пожирая глазами это невероятное зрелище. Оно даже лучше, чем я представлял. Раньше она всегда ходила в форме, скрывая свои достоинства, а сейчас – вот она, настоящая, открывая, потрясающая. И от этого зрелища перехватывает дыхание.
У меня уже чуть ли слюна на пол не капает, когда она поворачивает голову и сталкивается со мной взглядом. Сейчас в моих глазах хищный блеск, дикий, неукротимый, я голодный до жути. Будь моя воля, закинул Дикую на плечо, затащил в душевую и как следует оттрахал ее, нет выебал, потому что хер уже болит от пустого стояка. Яйца словно свинцовые. Да, блядь пора уже завершать этот мозгоеб. Надо уже оттрахать ее.
И Дикая читает все это в моих глазах прямым текстом. Тут же поднимается и начинает одеваться, скорее закрывая все от меня. А я чуть ли не скреплю зубами от злости и ее недосягаемости. Сжимаю полотенце почти до хруста. Да, бля… сколько же можно издеваться.
Через пару минут, она уже завершает разговор с мужиком, который тренирует Дикую. Мне тут же доложили все об этом перце. Толковый мужик, судя по информации из папки. Хороший тренер. Я даже немного расслабился, хотя по мне тупая идея поставить Дикую в бои.
Старик колонии не колется, какое предложение сделал Дикой, но я узнаю и тогда он поплатится. Не могла же она просто так согласиться на это безумие. Понимаю заключенных, которые соглашаются на условия. У них на кону - свобода, а что запросила Дикая?
Наблюдаю, как девушка направляется к выходу и следую как щенок на привязи за ней. Знаю, она слышит меня, чувствует затылком мой взгляд. Ведь, я прожигаю ее. Из последних сил сдерживаюсь, чтобы не наброситься. Мог бы, но не хочу так. Она должна захотеть сама. Да, и не насильник я. Все должно быть с обоюдного согласия. Она должна хотеть меня, так же как хочу ее я. Хочу, чтобы извивалась словно змея подо мной, кричала в голос, произнося мое имя. Просила брать снова и снова. Твою мать… я словно шизофреник. Совсем повернулся уже на одной бабе. Когда вообще такое было то? Не припомню, что бы вообще было. Спермотоксикоз совсем башку отрубает. И тут она резко останавливается, присаживается и начинает капаться с обувью. Я прохожу мимо, выхожу из зала. Через минуту примерно, слышу за спиной звук открывающейся двери.