- Тш-ш-ш, - слегка стушевавшись принялся шептать, громкие звуки и резкие движения ей явно не нравились, поэтому Алек двигался как можно медленнее.
Волчице не нравился человек перед ней. Ей в принципе не очень нравились люди. Последний человек которого она видела, был мерзким. От него пахло кровью и порохом. Кому может понравится подобный запах? Вся его одежда, весь он сам, насквозь провонял животной кровью. Охотник. Его псы неумолимо гнали ее вперед. А ей приходилось уноситься прочь поджав хвост и сейчас смотря на медленные шаги человека она лишь больше злилась, хотя от него не пахло порохом, только кровью. Человеческой. Она вся сжалась, цепким взглядом окинула место где находилась и в каком облике. Недоумение, растерянность и страх. Она и правда не любила людей.
- Р-р-р, - в этом облике звучало не так угрожающе. А обидный щелчок об невидимое для нее стекло, злостью клокотал в груди.
Алек был насторожен, девушка агрессивна. Он видел как глаза ее становились чуть ярче, чем положено человеку. Она же в свою очередь чуяла его страх и настороженность – пробуждало чувства охотника, хотелось поиграть с жертвой, но в отличии от личины волка, она боялась нынешней ситуации. Тело было непривычно неуклюжим, длинным, лапы были как неродные, да и лапы ли это?
- Больно? – участливо спрашивает Алек, девушка вновь пятилась от него, настороженно глядя сначала в сторону окна, потом на него, словно и не билась лбом в стекло. Все так же на четвереньках, не смотря на то, что она была до сих пор в том, в чем и перевоплотилась, то есть абсолютно нагой , ее кажется это совсем не смущало. – Я понял, что тебе не нравлюсь, - Алек чуть расслабляется, чувствуя безнаказанность своих слов, кроме рычания и неадекватного поведения от девушки он ничего не дождался, не таким уж и страшным оказался зверь. Так ему казалось.
Алек едва успел заметить, как девушка юркнула под кровать, благо места там хватало. Из темноты лишь бликами отсвечивали светло-карие глаза.
Она просто залезла под его кровать и как выуживать ее от туда, он не имел ни малейшего понятия.
2 Глава.
Джон Треверс всегда просыпался рано, вполне возможно сыграла военное прошлое, а может быть и разыгравшейся хондроз. Спина не давала покоя уже третьи сутки. Самое то для утренней прогулки, размять старые косточки, хотя сегодня и припозднился, время близилось к десяти, а он до сих пор был дома. Нора – не менее старая, чем сам Джон овчарка, сейчас лежала на подстилке изредка обеспокоенно вскидывая морду, принюхиваясь, но вскоре успокаивалась, оставаясь немного настороженной. Норе было уже семнадцать лет, местами пробивалась седина, она уже не была такой бодрой и ловкой как раньше. Она была служебной собакой Джона, и так получилось, что на пенсию они ушли вместе и сейчас старый вояка больше всего боялся остаться один. Детей у него не было, друзей тоже. Поэтому странное поведение единственного друга немного беспокоило.
- Ну что, девочка, - накидывая пальто, неторопливо подходит к полке, беря в руки поводок. Собака слегка ведет ухом в его сторону и лениво приподнимается, - прогуляемся с тобой немножко, зайдем в магазин, купим тебе чего, - и треплет по холке ласково. Привычка разговаривать с собакой прицепилась так давно, что он и не помнит с чего все началось, да и с кем ему разговаривать кроме нее?
Дом у них был спокойный, Треверс знал почти всех соседей, да и они относились с пониманием к старому военному.
- Хочешь заглянем к Мики? – интересуется Джон у своей собаки. На втором этаже жил парнишка с молоденьким ротвейлером, они часто встречались в парке и Нора прям оживала на глазах, становилась более бодрой и словно молодела на глазах. Время не столь ранее, чтобы было невежливо прийти и пригласить прогуляться, Норе будет полезно взбодриться.
Уже подходя к двери Джон жалел о своем выборе, Нора упиралась и едва ли слушалась, хотя за ней подобного раньше никогда не наблюдалось и это заставило Джона подобраться и насторожиться, было же что-то, что так взволновало его собаку?
- Тише девочка, мы просто посмотрим, - Александр – хозяин Мики был неплохим парнем, хотя Джону и не нравилась его работа, но кто он такой, чтобы запрещать молодому парню заниматься тем, чем он хочет, тем более это никак не противоречило закону. Но мог ли он влезть во что-то дурное? Норма хоть и старая, но собака военной закалки и просто так артачится не будет. Придерживая собаку за ошейник, старик звонит в дверь.