Она обняла меня руками за шею, ногами обвила мои бёдра. Я поддержал её под попу — такую тёплую, такую родную.
— Как ты залез сюда? — спросила она, касаясь губами моего уха. — Не поверю, что ты сам.
— Я этого не говорил, — усмехнулся я. — Я скорее прилетел, чем залез.
— Сумасшедший.
— Это я-то сумасшедший? — я чмокнул её в кончик носа. — Нет, это ты! Что за странное хобби?
— Почему странное?
— Мне было страшно смотреть, когда ты сорвалась, — признался я, и голос дрогнул. — Особенно когда ты сорвалась.
— Брайан был рядом, — сказала она просто.
— Да, и я ему благодарен за это, — кивнул я. — Но, Эва, твоё хобби меня пугает.
Она ничего не ответила. Вместо этого её рука скользнула под воду и взяла мой член. Направила в себя.
— Смотри на меня, — сказала она, глядя мне прямо в глаза. — Хочу видеть твои глаза, когда войду в себя.
Я смотрел. Смотрел, как она медленно опускается на меня, как расширяются её зрачки, как прикушена губа. Она трахала меня. Не я её — а она меня. И я понял вдруг, что так было всегда. Эта женщина имела меня, когда хотела. С самого первого дня.
Вот и сейчас я был согласен на всё, что она мне давала. Потому что... потому что мне нечего было ей дать. Только сейчас, в этой ледяной воде, под этим звёздным небом, я осознал это до конца.
Мне нечего ей предложить.
— Эва, — выдохнул я, когда волна схлынула. — У меня ни с кем не было такого секса, как с тобой.
— Ну ещё бы! — усмехнулась она, и в этой усмешке не было хвастовства. Была просто правда.
---
Мы поплелись к её палатке. Она была маленькой. Слишком маленькой. Мои ноги торчали наружу, и Эва хохотала, глядя на это.
— Ну хватит смеяться! — проворчал я, пытаясь втиснуться внутрь.
— Я тебе говорила, что она маленькая!
— Бля, я ведь не думал, что настолько.
Я кое-как залез, и мы улеглись в обнимку. Тесно, неудобно, но тепло.
— Завтра вызовем вертолёт и уберёмся отсюда, — сказал я, целуя её в макушку.
— Нет. — Она ткнула меня пальцем в грудь. — Ты лети, а я остаюсь.
— Эва, это не обсуждается.
— Вот именно! — Она приподнялась на локте и посмотрела на меня сверху вниз. — Ты на моей территории. Так что будешь делать, как я скажу.
Я зарычал и притянул её к себе.
— Поговорим завтра. А сейчас иди сюда, маленькая вредная девочка.
Она фыркнула и уткнулась носом мне в шею.
---
От лица Эвы
Мы спали в обнимку. Вернее, я спала — почти вся на нём. А он... ему было неудобно. Его ноги торчали из палатки, он не помещался, но молчал и терпел.
Я проснулась первой. Лежала и смотрела, как он спит. Такой беззаботный, расслабленный, красивый. Ресницы отбрасывают тени на скулы, губы чуть приоткрыты, дыхание ровное.
Мой, — подумала я. И тут же одёрнула себя: Нет, не твой. Не смей.
— Если закончила мною любоваться, — вдруг сказал он, не открывая глаз, — можно я встану? Уж очень рука затекла.
Я вспыхнула.
— Ты не спишь?
— Я вообще почти не спал, — он приоткрыл один глаз. — Твоя милая задница так сильно прижималась...
— Значит, я виновата ещё?!
— Я разве так сказал? — улыбнулся он.
---
Мы выбрались из палатки, позавтракали тем, что осталось, и начали собираться. Я достала снаряжение.
— Стоп-стоп, Эва, — Макс подошёл ко мне. — Что ты делаешь?
— В смысле? — я застегнула страховку.
— Мы улетаем. — Он достал телефон. — Я сейчас позвоню, и нас заберут.
— Ты и улетай, — я кивнула на гору. — А я хочу подняться вон туда.
— Нет, ну этого не может быть! — простонал он.
Из-за скалы появился Брайан.
— Здесь не ловит связь, — сказал он буднично.
— А раньше нельзя было сказать?! — взвился Макс. — И как мне быть? Мне нужно в город. С ней.
Брайан посмотрел на меня, потом на Макса и рассмеялся. Подошёл и обнял меня.
— Малыш, ты правда не полезешь?
Я обняла его в ответ.
— Это он сам себе придумал, — сказала я. — Я давно сюда хотела, ты ведь знаешь.
— Если передумаешь, — Брайан кивнул на своё снаряжение, — у меня есть запасной крепёж. Или жди здесь, пока мы заберёмся, и спустимся за тобой.
— У меня просьба, — вклинился Макс. — Не обнимай её так. И почему ты называешь Эву малышкой?
Я закатила глаза.
— Ладно, Брайан, спасибо. — Я чмокнула друга в щёку. — Я дам знать, если что.
Брайан ушёл к ребятам, а Макс притянул меня к себе.
— Что это было? — спросил он, и в голосе звенела ревность.
— Ничего.
— Эва, я говорил уже. Я не хочу, чтобы к тебе кто-то прикасался.
— Я что, твоя собственность? — я высвободилась. — Я даже не твоя девушка.
— В смысле «не твоя»? — он нахмурился. — А чья тогда?
— Ты сам сказал, что между нами только секс.
— Да, а ещё я говорил, что ты мне нравишься.