Бо тихонько репетировал речь. Был он облачен в белые трусы до колен и белую же рубашку - без галстука. Брюки висели на спинке стула. А репетиция происходила перед зеркалом, которое крепилось к внутренней стороне одной из дверей платяного шкафа. Дверь была снята и под незначительным углом прислонена к стене.
- Уважаемые соотечественники! От лица всех соплеменников, проживающих за пределами... Ур-рр... Е... Как там? От лица всех соплеменников... эмр-р... Выразить вам уважение... уважаемые земляки... Тьфу! Е... вашу мать! Уважаемые, ебтэть! Это жополизы фуевы - уважаемые? Кто уважаемые давно съе...лись к е...ной маме за пределы -деньги зарабатывать. Остальные - старики, салабоны и -жополизы.
- Старики - уважаемые, - сипло подсказал я. - Они не виноваты.
- Старики? Да, старики - да, - согласился Бо. -Проснулся, что ли? Еще час можешь дрыхнуть - время есть.
- Спасибо, уже не хочу, - поблагодарил я. - Зря репетируешь. Во сколько передача?
- В полдень. В 11.00 сказали быть - подготовиться, обговорить там... Бо коротенько задумался. - Ага... Думаешь, не успею?
- Думаю, не успеешь, - безжалостно заверил я. - Ты в таких делах тупой. Если за сорок два года не успел, за два часа - ну никак не выйдет! Лучше давай я тебе на листочек запишу.
- Годится, - обрадовался Бо. - Запиши. А я за два часа выучу. Только без всяких твоих в...бонов! Попроще -чтобы было на меня похоже...
К телецентру мы подъехали на такси. Вообще Бо старался как можно реже перемещаться по родной земле на своем любимом джипе - как он сам утверждал, чтобы не привлекать внимания.
Краевед поджидал нас на КПП с двумя пропусками: при свете дня да будучи трезвым, он производил очень даже приятное впечатление - этакий стройный, солидный, убранный сединами дядечка с красивым пробором, в Позолоченных строгих очках и неброском, но добротном костюме. Не верилось даже, что это именно он позавчера предлагал прокатиться в баньку и непотребно побаловать там с девчатами в некой замысловатой позиции.
- Ур-р... - нечленораздельно прорычал Бо, смущенно хороня в своей клешне узкую ладонь краеведа. - Ты...Эмр-р... Вы../
- Раком - на бортике, - подсказал я ему на ухо. -Напомни - обещал...
- Сам урод, - ответно прошипел Бо. - Сергей... эмр-р...Дорджиевич...
- Не думал, честно говоря, что вы приедете, - радушно улыбаясь, сообщил краевед, пропуская нас через турникет и делая знак вахтеру - они, мол, они. - Как-то тогда все получилось спонтанно, как-то несерьезно... Без лишних церемоний, пожалуйста. По имени-отчеству - только во время передачи.
- Я тут кое-что принес, - торжественно сообщил Бо, хлопнув по боку своего "дипломата", в котором лежал кисет с гнусной подделкой. - Как обещал.
- И что же это? - поинтересовался краевед, увлекая нас по аллее к центральному входу в здание телецентра. -Мемуары?
Вот те на! Видать, крепко выпимши был дядечка - не помнит, что обещали такой раритет подогнать!
- Хуже, - буркнул Бо. - Нет... лучше. Потом скажу. Сюрприз.
- Сюрприз так сюрприз, - вежливо согласился краевед. - Прошу вас прямо по коридору...
Студия была темной и мрачной, как средневековая гробница. Обшарпанные стены, задраенные светонепроницаемым материалом окна, древние киношные сидушки, истертый множеством ног старенький линолеум, допотопная громоздкая аппаратура - все было убого и запущенно. Оператор вид имел крайне неухоженный и рассеянный донельзя, а ведущая выглядела так, словно ее обещали послезавтра расстрелять.
- Зоя Васильевна, - шепнул нам при входе краевед. -Наша телезвездочка. Если что вырезать - сразу говорит. Очень правдивая, знаете ли.
- Будем иметь... - кивнул я и, критически оглядев немодно одетую даму бальзаковского возраста, сразу отсек двусмысленность: - В виду...
Настроенные юпитеры, ярко высвечивавшие центр помещения, уюта не прибавляли, а, скорее, наоборот: как будто подчеркивали всю ущербность ситуации. Лица собравшихся в аудитории фиолетово отсверкивали в бледно-синем свете фильтров, глаза казались нереально красными, как у поджаренного терминатора в одноименном блокбастере. Жутковатое, я вам сообщу, зрелище - создавалось впечатление, что мы угодили спозаранку на совещание временно сытых вампиров.
Между тем, судя по толковым комментариям краеведа, публика была сплошь интеллигенция, выдающиеся деятели культуры и искусства. И процентов на пятьдесят - тихая оппозиция.
А еще были гости - два москвича. Краевед представил их как археологов, но мне они почему-то таковыми не показались. Руководитель экспедиции - еще куда ни шло, большой симпатичный дядька с плешью и манерами барчука, сквозь которые слегка просвечивались отточенные жесты бывшего военного. А второй мелкий, вертлявый, шустрый - сразу производил впечатление замаскированного шпика. Видимо, особист экспедиции. Видимо, экспедиция археологичит не в шибко далеких от нас пластах истории, а, возможно, местами и радиоактивных. Бо как-то рассказывал, что на территории Калмыкии есть какие-то там ядреные отходы то ли закрытые разработки стратегического сырья. Вот и приехали ребята поковыряться.
Впрочем, меня эта парочка особо не занимала - я интересовался местной интеллигенцией. Интеллигенция была вполне даже ничего, если принять поправку на морговское освещение: лица умные, породистые, улыбочки на месте, обстановка в аудитории вполне непринужденная - все друг друга знают и особенно не опасаются.
- Я вас очень прошу, коллеги, - перезнакомив аудиторию с нами, предупредила Зоя Васильевна. - Не первый год вместе работаем. Смотрите не подведите. Если кто скажет что-то против режима - буду резать. Так что пожалейте труд оператора и пленку.
- Не волнуйся, Зоя, - успокоил матерый интеллигент"с золотыми зубами, помеченный пышной шевелюрой и отсутствием галстука. - Эксцессов не будет. Если кто-то что-то позволит себе, так разве что - в предельно завуалированной форме.
- Ну смотрите. - Ведущая глянула на часы. - В принципе, все готово. Если не появится - ей-богу, начну без нее. Что за непунктуальность у нынешней молодежи?
- Кого ждем? - спросил я у краеведа. - Шишка какая-то?
- А вот и наш орган надзора, - объявила Зоя Васильевна, услышав раздававшиеся по коридору торопливые легкие шаги. - Опаздываете, барышня!