— Нормально поживает. — Кириллов собрался, встряхнулся и коротко доложил: — Получилось почти без шума. Натянули маски. На двери замок хлипенький. Тихонько разжали домкратом, ввалились. Двое так и сидели на кухне — отключили с ходу, штаны распустили на лоскуты, связали. Когда хлопцев ломали, один крикнул громко — но всего раз. Все.
— Дама знает, кто мы?
— Сказал — Саглара просила помочь. На ушко — вдруг кто из поломанных хлопцев отключку только изображает.
— Молодец, Серый, — пять с плюсом, — похвалил Тимофей Христофорович и, ободряюще подмигнув в зеркало пассажирке, имевшей вид крайне смятенный, поинтересовался: — Претензии есть?
— Неожиданно так… — Айса зябко повела плечами. — Даже и не знаю…
— Положитесь на нас, — успокоил Шепелев. — Все образуется, вот увидите! Скажите — у вас есть место, где вы чувствовали бы себя в безопасности? Вам надо на некоторое время спрятаться.
— Не знаю… В село, что ли, к родственникам… Нет, пожалуй — к деду. У меня дед — шаман. У него точно никто не найдет… Мы можем за город выехать?
— Мы можем выехать хоть на край света — только скажите. — Тимофей Христофорович ухарски тряхнул плешью и опять подмигнул в зеркало: — Все образуется — я вас уверяю. Как далеко живет ваш дед?
— Ой, далеко! Километров, может… двести. Может, чуть больше… У вас с бензином — как?
— У нас с бензином нормально. Показывайте дорогу…
Оказавшись за городом, барышня успокоилась и подробно рассказала о своих злоключениях. Саглара сделала верные выводы, прослушав свой автоответчик, — все так и было. Вечерком вломились ханские, всех прогнали, объявили каникулы, на дверь повесили соответствующую табличку. Затем предъявили Айсе кисет с узелковым письмом, сказали, что ему должно быть не менее двухсот лет, потребовали оценить подлинность и прочесть.
Внучке шамана достало двух минут, чтобы сделать вывод: письмо — подделка. Вязано буквально на днях, из стандартной кожаной бечевы, купано в конопляном масле, потом сушено на солнце. Содержание — полная галиматья, хаотичный набор символов. Но на взгляд непосвященного выглядит вполне презентабельно.
Ханские результатом экспертизы остались крайне недовольны: долго созванивались с кем-то по мобильному, общались, затем объявили Айсе, что она заключается под домашний арест ввиду государственной важности дела и неразглашения ради. Двое ушли, двое остались — сторожить…
— Секунду, — сделал стойку Тимофей Христофорович. — Вы с такой уверенностью описали процесс подделки: бечева, масло, солнце… Вы как будто сами присутствовали при этом!
— Ой, да это же сразу видно. — Айса вдруг озорно улыбнулась: — Дело в том, что я сама в свое время этим занималась. — Ну, так получилось… Понимаете, три года назад…Три года назад “Атрибут” штаб-квартиры не имел, мыкался по квартирам энтузиастов и, не будучи балован спонсорской благосклонностью, нормально хирел — как и все самодеятельные организации подобного рода.
Тогда Айса придумала тонкий стратегический ход. В их семье есть давняя реликвия, передаваемая из поколения в поколение: фрагмент настоящего узелкового письма, которое сплел древний основатель рода — шаман Агунджаб, записывая последнюю волю хана Дондук-Омбо…
— Не может быть!!! — Тимофей Христофорович от неожиданности выпустил руль и резко повернулся к собеседнице.
— Сдурел?! — Кириллов поймал руль и выровнял вильнувшую влево “Ниву”. — Держи баранку!
— Почему не может? — удивилась Айса. — Это письмо хранится у деда. Приедем — я вам покажу.
— И что… что там, в этом фрагменте? — медленно бледнея, спросил Шепелев.
— Да ничего особенного. — Айса пожала плечами. — Там ряд цветистых выражений, суть которых можно выразить одной фразой: “…Это будет принадлежать тем, кто этого достоин…”
— И все? — не поверил Шепелев. — Больше — ни слова?
— Больше — ни слова, — подтвердила Айса. — Возможно, это просто какое-то иносказание. Хотя есть еще семейная легенда…
Да, в довесок к странному фрагменту существует легенда, также передаваемая из поколения в поколение. Якобы существует полный текст завещания. У кого и где он хранится — неизвестно. О сути завещания история также умалчивает. Но доподлинно известно, что представители рода, который является хранителем завещания, являются кровными родичами семейства Айсы…
— Как интересно, черт меня забери! — с чувством воскликнул Тимофей Христофорович. — Как все закручено…И где же вы раньше были, милая девушка?! Вы знаете — я как раз сейчас работаю над… над чем-то подобным.