Я стону ему вслед. — У меня в голове просто щелкнуло. Ты вырос в таком доме, да? Черт, ты тоже вырос в мега-особняке.
Атлас закидывает руку мне на плечо и притягивает меня к своему телу, прижимаясь губами близко, чтобы прошептать: — Он даже больше, чем этот дом. Там есть комнаты для слуг и отдельные лестницы для прислуги. Мои родители неприлично богаты. Бэссинджеры – это Дрейвены Восточного побережья.
Я с ухмылкой качаю головой. — Как мне так повезло, что я оказалась среди всех этих богатых, высокомерных Связных, а? Благословенна.
Он усмехается над сарказмом, прозвучавшим в моем тоне, но я также не шучу. Мои родители были обеспеченными, и я знаю, что где-то меня ждет наследство, но годы, проведенные в бегах, сделали меня самодостаточной и самостоятельной. Сама мысль о том, чтобы жить за счет денег других людей, их тяжелой работы, вызывает у меня зуд.
Затем предупреждение Норта о том, что я золотоискательница, проникает в мой мозг, и я снова злюсь по этому поводу.
Я прочищаю горло и меняю тему, пока мои узы не проснулись, размышляя об этом. — Так куда Норт поместил тебя? Если ты в подвале, мы можем просто пойти спать в мою комнату сегодня.
Атлас ворчит себе под нос, а затем ведет меня через второй этаж. Когда он останавливается, я сразу узнаю коридор и хихикаю.
— Он поселил тебя рядом с Гейбом? Как ты это воспринял?
Он бросает на меня предупреждающий взгляд, когда отпирает свою дверь, распахивает ее и включает свет.
Это пустая комната.
Ладно, это немного драматично, но в ней примерно столько же его личности, сколько в моей комнате моей. Та же планировка и цветовая гамма, что и у Гейба, но единственное, что здесь есть от Атласа, – это его сумки, которые открыты, но все еще аккуратно упакованы, и ноутбук, который лежит на кровати.
— На самом деле я ничего не делал, только спал здесь. Если мы останемся здесь, я должен избавиться от своей квартиры и переехать сюда, но я подожду, пока ты не будешь уверена.
Я киваю и обхожу его, чтобы рухнуть на кровать, позволяя себе погрузиться в роскошный матрас. Он такой же, как и все матрасы в поместье, и я думаю, что мой вкус внезапно стал дорогим, потому что я отказываюсь спать на чем-то меньшем.
— Ты… уверена? Или мы тут убаюкиваем всех ложным чувством безопасности? Дай мне знак, сладкая, — говорит он, снимая ботинки и забираясь рядом со мной.
Мои узы довольны тем, как прошел сегодняшний вечер, и его близостью. Они даже не пытаются взять верх, когда я сворачиваюсь рядом с ним, уткнувшись лицом в его грудь.
— Мне действительно нужно выяснить, как вытащить чип. Как только с этим разберусь… мне придется уйти.
Он кивает и прижимает меня еще ближе. — Нам. Нам придется уйти. Ты не избавишься от меня, сладкая. Никогда.
Глава 15
Где-то после полуночи я проснулась от ощущения, что один из моих Связных забрался в кровать позади меня. Я просыпаюсь ровно настолько, чтобы поднять голову с груди Атласа и увидеть, что Гейб пристроился позади меня, а Грифон опустился в одно из богато украшенных кресел, которое притащил к двери, линии его тела напряжены, когда он устраивается поудобнее, наблюдая за нами.
Мой мозг не успевает осознать, что происходит, насколько все должно быть не в порядке, если они оба сейчас здесь, поэтому я ложусь обратно и позволяю себе погрузиться в глубокий сон, мои узы рады, что рядом есть еще один из моих Связных.
Я проснулась несколько часов спустя от яростного шепота Атласа: — Это моя ночь, какого хрена вы двое здесь делаете?
Я слегка стону, потирая лицо рукой, и рука Атласа защитно обхватывает меня. Еще рано, мой будильник еще не сработал, и я пытаюсь собраться с мыслями, чтобы понять, что здесь происходит.
Телевизор все еще включен, так как мы заснули за просмотром фильма, и подсветка освещает комнату настолько, что я вижу, что Грифон все еще бодрствует в кресле. Он выглядит изможденным, полностью одетый в свое снаряжение Так, и на его рубашке кровь.
— Ты ранен? — кричу я, и мои узы начинают гудеть в груди при одной мысли о том, что ему больно.
Глаза Грифона метнулись в мою сторону, а затем вниз, на себя, как будто ему и в голову не приходило, что то, чем он занимался прошлой ночью, могло оставить улики. — Я в порядке. Это не мое, но тебе придется либо избегать Норта, либо смириться с его исцелением.
Я пытаюсь сесть, отталкиваясь от Атласа и вырываясь из его крепкой хватки. — Где он? Я исцелю его, только скажи мне, где он.
Гейб ворчит позади меня, и я наконец вспоминаю, что он тоже здесь, в кровати, свернувшись калачиком на боку в рваной футболке и грязных шортах. Он не из тех, кто приходит ко мне грязным. Грифон тоже не приходит, значит, случилось что-то плохое.