- Я хочу найти мою сестру. Я хочу увидеть ее,- сказал Макс с нажимом. - Мне все равно, в каком состоянии она находится. Если женщина в Фениксе моя сестра, я хочу знать об этом, даже если тебе покажется, что лучше не говорить мне об этом.
- Не беспокойся, Макс. Я позвоню тебе во вторник вечером, даже если новости будут плохими.
Макс сжал пальцами виски, когда повесил трубку. Вот уже много лет он ищет свою семью и нашел только мать, женщину, которая не желала его видеть, женщину, которая давно начала новую жизнь и не хотела, чтобы он был ее частью. Это было даже хорошо, потому что она его тоже не интересовала. Все, что он хотел от Лоретты Уайлд, - это узнать о брате и сестре, но она вычеркнула их из своей жизни так же легко, как не допустила туда Макса.
- Ты в порядке? - спросила Джеми, ее маленькие мыльные пальцы коснулись его руки.
Кивнув, Макс соскользнул с барного стула и направился к раковине. Он наклонился, чтобы быть на уровне глаз маленькой девочки, и прикоснулся к ее лицу.
- Я тебе когда-нибудь говорил, как я рад, что у меня есть вы с Райаном?
- Раз или два, - она опять прикусила губу, и он не мог не заметить беспокойство в ее глазах. - Ты оста вишь нас у себя, когда найдешь свою сестру?
Макс рассмеялся:
- Я хочу, чтобы вы всегда были со мной.
- Но ты не усыновил нас.
Он поднял Джеми и посадил ее на край стола. 3атем он опустил руки в теплую мыльную воду для мытья посуды, заканчивая рутинную работу, которую она ненавидела.
- У тебя есть отец, - напомнил он ей.
- Он в тюрьме. Я даже не помню его.
- Хорошо, зато он помнит тебя и не хочет тебя потерять.
- Райан думает, что тебе следует поговорить с нашим отцом. Ты мог бы убедить его отказаться от нас.
- А что ты думаешь?
- Что ты мой единственный папа.
Он вытер руки и присел на стол рядом с ней.
- Для тебя на самом деле так важно, чтобы я тебя официально удочерил?
Джеми кивнула и вложила свою маленькую руку в его большую.
- Хуже всего, что для меня тоже, - Райан только что вошел в кухню и прислонился к холодильнику. - Иногда мне кажется, что ты не хочешь нас усыновить.
- Не то, что не хочу, я просто мало думал об этом.
- Почему? - спросила Джеми. - Разве ты не хотел, чтобы Филипп усыновил*тебя?
Он постарался вспомнить, были ли у него какие-нибудь чувства по поводу того, чтобы быть усыновленным. Филипп Бернард был значительно лучшим отцом, чем родной отец Макса, и этого Максу было достаточно.
- Мы никогда не говорили об этом, - сказал он. - Я всегда знал, что он любит меня, хотя он не говорил об этом часто. И большего мне не требовалось. - Он улыбнулся Райану и Джеми. - Вы же знаете, что я люблю вас?
Джеми кивнула, но Райан уставился в пол. Ему было нелегко выражать эмоции в свои четырнадцать лет.
- Да… наверное.
Максу было пятнадцать, когда Филипп взял его к себе. Он был трудным ребенком, не нуждался ни в ком. Он узнавал себя в Райане. Джеми, напротив, была тихой, спокойной, чувствительной и все еще маленькой девочкой - его маменькой девочкой.
Два года назад, когда он привел Райана домой, ему только исполнилось двенадцать. Он был зол па Макса, зол на весь мир, сидел в углу и угрюмо глядел вокруг. Девятилетнюю Джеми Максу удалось забрать к себе два месяца спустя, и в самый первый вечер она залезла к нему на колени, посмотрела на него своими чудесными, по-младенчески голубыми глазами - глазами, полными слез, - и попросила не отвозить ее или Райана обратно слишком скоро, потому что она устала переезжать из одного приемного дома в другой, устала жить без брата, устала привыкать к новым правилам в каждом новом месте.
Макс понимал эти чувства слишком хорошо.
Воспоминания заставили его обнять Джеми и прижать ее к себе. Два года назад, когда Макс интересовался возможностью усыновления, он узнал, что отец Джеми и Райана не отказался от детей и дал клятву, что выйдет из тюрьмы и будет их воспитывать.
Но их отец так и не связался с ними. Он даже не пытался сотрудничать с системой и отказался от досрочного освобождения. Макс пришел к выводу, что этот парень останется в тюрьме до конца своих дней.
Но что будет, если он все-таки освободится? Что если он заберет Джеми и Райана? Что если он опять нарушит свое обещание? И что если, когда он снова напьется в машине, с ним окажутся не мать или парочка приятелей, а его дети?
Что если он попадет в другое лобовое столкновение, и Джеми и Райан станут его новыми жертвами?
Эта мысль мучила его, и он осознавал, что нужен Райану и Джеми.