«Это слишком цветасто, - говорил он ей. - Слишком обтягивает твою фигуру». Так что она запихнула ее подальше и забыла о ней до сегодняшнего дня.
Она стояла перед шкафами с одеждой, стараясь вспомнить, куда она запрятала жакет бомбардировщика из змеиной кожи и шелковые брюки. Ни в гардеробе с ее вечерними платьями, ни там, где она хранила свою обувь, их не было. Скорее всего, они были со спортивной одеждой, в которой она изредка нуждалась.
Толчком открывая скользящую дверь, она вступила в стенной шкаф, разглядывая лыжные жакеты, костюмы для бега и смешной наряд для поездки на собаках, который она купила по настоянию Чипа сразу после их свадьбы. Там, между украшенным бахромой жакетом из оленьей кожи и пляжным покрывалом, которое она надевала последний раз в шестнадцать лет, надеясь привлечь хотя бы немного внимания своей матери, мерцала змеиная кожа.
Она вытащила ее из шкафа и расправила на своей кровати. Такой наряд великолепно подходил для того, чтобы постучать во входную дверь байкеров, в которую ей не следовало до сих пор стучать, или для того, чтобы изменить свой однообразный стиль одежды.
Она включила СD-плеер, и голос Фила Коллинза наполнил комнату, проясняя ее сознание, пока она искала сексуальный черный бра и подходящий пояс. Она собиралась внести в свою жизнь кардинальные изменения. К счастью, у нее было несколько выдвижных ящиков с дамским бельем, переполненных теми капризными вещами, которые она имела мужество купить, но никогда не носила.
Вдруг она вспомнила о паре черных оригинальных вещиц от Маноло Бланик, которые выглядели крайне дерзко!
Лоурен разделась догола, потом скользнула в пояс, тотчас же осознавая, почему она никогда не носила его раньше. Несколько раз она дернула пояс и крошечную полоску шелка впереди, решив, что его можно использовать. Конечно, не было такого случая, как сейчас, чтобы его примерить.
Бра был совершенно непристойным, тонкое черное кружево едва прикрывало пару грудей, которые Питер однажды предложил ей уменьшить. Она громко рассмеялась, довольная тем, как звучал ее смех, звенящий в комнате. Питер был гораздо ревнивее Макса - она была совершенно уверена в этом! Бедный Питер, ему очень не нравилось, что она была наделена сверх меры тем, что, по его мнению, она несомненно должна была скрывать.
Довольно думать о Питере, да и о мужчинах вообще. Это была ее ночь, ее время торжествовать.
Она вступила в мягкие брюки из искусственной змеиной кожи, ей нравилось ощущение шелка на бедрах. Она скользнула в подходящий жакет, застегивая молнию на нем так, чтобы небольшой кусочек черного кружева выглядывал из-под него.
Затем она принялась укладывать волосы. Немного геля, немного лака, и она быстро откинула их с лица. Надела несколько платиновых браслетов на запястья, немного свисающих бриллиантов в уши, потемнее накрасила глаза, добавила румянца и алой помады, потом надела туфли на каблуках и встала перед зеркалом в полный рост.
Ей понравилось то, что она увидела. Дерзко. Сексуально. Достаточно эротично!
Она опустила молнию на жакете на несколько дюймов, позволяя еще больше показаться бра - не говоря уже о груди.
- Безупречно, - произнес мужской голос.
Она обернулась. Макс прислонился к дверному косяку - невероятное видение в выцветших джинсах, футболке и кожаном пиджаке. Несмотря на то что он выглядел великолепно - «увидеть и умереть», - и несмотря на то что ее сердце бешено заколотилось, она и не подумала выказать радушие.
- Что ты здесь делаешь?
- Я забыл портфель.
Она быстро окинула взглядом комнату:
- Его здесь нет.
- Я очень хорошо знаю, что здесь есть и чего здесь нет.
Это было самое соблазнительное приглашение, которое она когда-либо слышала, а она слышала больше чем предостаточно в своей жизни. Ничто не звучало так привлекательно. Он заставил ее плакать, из-за него у нее были опухшие глаза и головная боль, Она не собиралась быть вежливой… пока.
- Интересно, как ты попал в мой дом?
- Я стучал. Я даже звонил в дверной звонок, но никто не ответил.
- Это не объясняет того, как ты оказался внутри. - Ты влез через окно или по-другому?
- Я вошел через кухню. Тебе следует запирать двери, когда ты одна в доме.
- Да, конечно. Никогда не знаешь, какой отвратительный тип бродит по дому.
Он усмехнулся, прошел через комнату и сел на розово-белый полосатый стул. Контраст между оборками стула и нарядом Макса был шокирующим. Она всегда любила этот стул и его место в комнате. Ей вдруг захотелось перетянуть его черной кожей.