Это было большой ошибкой.
- Ты не видел Лоурен? - спросил Макс Медведя, когда потерял ее из виду в толпе.
- Минут десять-пятнадцать назад. А что?
Макс провел пальцами по волосам.
- Я не могу найти ее.
- Она ушла домой с другим?
- Она не могла.
Медведь поднял брови:
- Ты уверен?
Он даже не задумался об этом теперь. Раньше он считал, что эта женщина имеет успех у мужчин и повисла бы на каждом, кто обратит на нее внимание. Но только гнев и ревность заставляли его так думать. Он был довольно хладнокровным этой ночью.
- Уверен.
- Ты проверил туалет?
- Нет, но проверю. Смотри внимательно, может, она появится, хорошо?
- Да.
Макс устремился к тусклой красной надписи «Выход». Он посмотрел в мужском туалете, на всякий случай, если она случайно забрела туда. К счастью, он увидел там только мужчин. Господи, он не должен был позволять ей столько пить.
Он постучал в дверь женского туалета и, когда ответа не последовало, заглянул внутрь. Пусто.
Куда она могла пойти?
Протиснувшись через толпу, он вышел на улицу, перебирая в уме варианты: она в переулке с другим байкером, или, не дай бог, осталась с кем-нибудь еще, или ее могли увести, когда она была не в состоянии соображать.
Он опять бросился внутрь, прокладывая себе дорогу сквозь толпу, спрашивая каждого, кто его знал, и даже незнакомых людей, не видели ли они высокую красивую женщину в жакете из змеиной кожи. Все отрицательно качали головой, пока он не подошел близко к артистической гостиной Энни, хозяйки клуба.
Парень, стоявший в очереди, чтобы заказать песню, показал Максу на дверь:
- Думаю, она там.
- О господи!
Макс дернул дверную ручку.
- Я занята, - послышался из комнаты женский голос. - Встаньте в очередь, и я обслужу вас позже.
- Мне не нужна тату, - закричал Макс. - Я хочу знать, кто с тобой внутри?
- Кажется, она сказала, что ее зовут Лоурен. Я бы спросила ее, но она вырубилась на полпути. Черт!
- Открой дверь и впусти меня!
- Не могу, пока не закончу.
- Но она пьяна, и я не думаю, что она на самом деле хочет татуировку.
- Милый, - ответила ему Энни, - она знала, что она делала, когда попросила об этом, и выложила хорошие деньги, чтобы заплатить. Сейчас, если ты не возражаешь, я продолжу.
У Макса вырвался вздох отчаяния, и он прислонился к стене и стал ждать. Следующие пятнадцать минут были самыми долгими в его жизни.
Наконец дверь открылась, и Энни - девица, от пяток до макушки покрытая татуировками, - вышла из комнаты и пристально посмотрела на него.
- Это ты ждешь женщину?
- Да.
- Хорошо, она умерла для мира. У меня клиенты ждут, так что вытаскивай ее отсюда. - Энни протянула ему клочок бумаги. - Это инструкция, как ухаживать за моим произведением. Мой номер телефона тоже здесь… на всякий случай.
- Спасибо, - сказал Макс и гордо прошествовал в комнату, где увидел Лоурен, раскинувшуюся на подушках на столе, лицом вниз, глаза закрыты, рот широко открыт. Она храпела.
Наклонившись, Макс вскинул Лоурен на плечо, схватил ее кошелек и направился в бар.
- Премилое зрелище, - колко заметил Медведь.
- Скажи только слово об этом кому-нибудь, и ты труп.
- Я и не думаю это делать. Итак, как ты собираешься доставить ее домой?
Макс сунул в руку Медведю свои ключи:
- Я звоню ее дворецкому, и мне нужно, чтобы ты поехал за нами на моем мотоцикле. Я привезу тебя сюда обратно, после того как уложу ее в постель.
Медведь положил свою руку на свободное плечо Макса:
- Она того стоит?
Макс не был уверен во многих вещах в своей жизни, но сейчас у него не было ни капли сомнения в том, что он ответил Медведю:
- Да, она этого стоит, и, черт возьми, она стоит еще большего.
У Лоурен было ужасное чувство, словно она заснула на стройке и большой, крепкий парень ошибочно принял ее голову за старый асфальт, который нужно вскрыть отбойным молотком.
Боль и громкий шум стихли на момент, потом начались опять.
- Простите, мисс Ремингтон.
Со скрипом приподняв тяжелое веко, Лоурен увидела, как расплывчатая фигура Чарльза подходит к кровати.
- Я ведь не умерла? спросила она, сжимая ладонями ноющие скулы.
- Нет еще, но ваша мама на телефоне. Она уже в четвертый раз сегодня звонит, и я не мог отделаться от нее опять.
- В четвертый раз? Где я была, когда она звонила три раза?
- В разной степени агонии, наступившей вследствие потребления слишком большого количества алкоголя.