Дикен и Эйприл подбежали к дому мальчика. Он укрылся под одиноким молодым можжевельником, росшим на небольшом участке возле дома. Через мясистые хвойные лапы дождь пробивался с трудом. Быстро попрощавшись, Эйприл побежала к своему дому.
Однако отбежав совсем недалеко, она оглянулась — все под тем же можжевеловым укрытием стоял Дикен, тесно прижавшись к самому стволу и спасаясь от надоедливых капель дождя.
— Почему ты не идешь домой? — крикнула она, стараясь заглушить нескончаемый шум дождя.
— Я же говорил, мои родители у крестной! — напомнил Дикен, убирая мокрые волосы с глаз.
— Пойдем ко мне…
— Нет!
— Почему? Посидишь у нас, пока гроза не кончится!
— Я и здесь могу постоять, пока она не кончится.
— Это… твоя упрямость? Ты специально?! — не понимала она и еле слышно пробубнила, — меня предупреждали…
— Чего?
— Не важно. Ты идешь или нет?! Дождь не утихает и… вот опять — гроза! Пойдем отсюда, найдем другое укрытие!
— Родители уже скоро придут, я тут подожду!
— Ладно, — успокоилась Эйприл. Она слизала капли дождя с губ. — Ладно, я буду ждать с тобой здесь.
— Хватит! Почему ты не можешь взять и уйти?
— Просто пойдем со мной! Вместе что-нибудь придумаем, — Эйприл взяла его за руку, и они побежали к ее дому.
Стихия тем временем даже не думала затихать. Наоборот, казалось, гроза уже полностью прижилась на здешнем небе и громко возвещала об этом, пуская яркие молнии сквозь черные тучи.
— Давай заявимся к Хилу? — с улыбкой предложила Эйприл, когда они уже стояли возле ее дома.
— Ты не знаешь родителей Хила?! Его отец прогонит нас прочь не задумываясь! Что там? — сказал мальчик, щурясь от дождя. Он указывал на небольшое окошко под крышей, едва видневшееся через пелену вьющегося по стене плюща, и заставленное большой доской изнутри.
— Не знаю. Из дома нет входа туда! Точнее есть, но он забит намертво, и мы поставили на том месте шкаф. Должно быть чердак…
— А можно забраться в него с улицы? — спросил он, не сводя глаз с круглого окошка. — Нужна лестница. У вас есть?
— Была одна, вся прогнившая старая. Монетчик ее выкинул! — сказала Эйприл, лишний раз оглядываясь вокруг.
— Монетчик?
— Наш отчим… Потом расскажу!
— Надо вернуться к моему дому. У соседей я видел неплохую лестницу!
Спустя считанные минуты дети уже тащили через весь опустевший двор промокшую деревянную лестницу к забытому маленькому окошку.
— А твои соседи не будут против? — сказала Эйприл, глядя вверх и прикрывая глаза рукой.
— Не думаю! Рядом с нами живет старушка-кошечница и ее муж — мистер Хагсон. Никогда не видел, чтобы они пользовались ей. Полезли! — сказал Дикен, ступая на первую перекладину.
Они поднялись по скользким деревянным ступеням, и Дикен легонько толкнул единственную хлюпкую створку окошка. Та податливо упала, открыв перед ребятами старый заброшенный чердак.
Он был плотно заставлен всяким ненужным хламом: старыми досками, столами и тумбами, завален глиняными горшками и осколками, книгами, газетами и прочим мусором; там были даже пара стульев без ножек и поломанный ткацкий станок. Все это хранилось под слоем годовалой пыли. Как ни странно, но ни одна капля дождя не попала в этот чердак, хотя царивший здесь запах сырости и старья можно было ножом резать. Какое-то время Дикен и Эйприл молча смотрели на открывшуюся перед ними картину и вытирали челки, с которых прямо на глаза текла вода.
— Удивительно, — заворожено прошептал Дикен, оглядывая маленькую квадратную комнатку, шириной в пять шагов.
— Ну вот… Здесь можно переждать грозу! — проговорила она, усаживаясь на старый пыльный стол. — Мы переехали сюда уже около месяца назад, а я даже не знала, что есть такой неприступный чердак. Видимо здесь давно уже никто не бывал, — сказала она, оглядываясь вокруг.
— Да. Тофер и Уил уже давно сидят у себя, в теплых домах, а мы здесь… Вот она — цена победы! — с улыбкой проговорил Дикен, усаживаясь рядом.
— А, по-моему, это лучше, чем сидеть дома, — утешалась Эйприл. — Конечно, неожиданный поворот событий, но иначе мы могли бы провести весь день во дворе, ноя от жары.
Дикен ничего не ответил. Свой выбор в пользу личной комнаты он сделал уже давно.
— Ты такой не разговорчивый! Со всеми так?
— Нет… Хотя да. Ну, в общем, обычный я, как всегда.
— Только подумай — я здесь, а мои родители буквально подо мной и не знают этого! Забавно, — сказала она, после чего оба засмеялись. — Мадлейн сказала, что ты занимаешься химией. Это же невыносимо скучно…