Элис принесла ингредиенты и я поправлял ее, пока она приступала к варке клея. Она, казалось, не возражала, добавляя на своей странице пометки, где в учебнике была допущена ошибка, а я восполнял пробелы. Когда она размешала клей триста тридцать восемь раз по часовой стрелке, я проверил свой Атлас на наличие сообщений от Ока. Там была куча всякой ерунды. Передвижения Данте на этой неделе, поведение его новобранцев и то, кто из них может представлять реальную угрозу. Когда я закончил, мой большой палец переместился к фотографиям и я открыл ту, на которой мы с Элис были долбаными кроликами. Мягкость наполнила мою грудь, и я решил мысленно называть ее Элизери (прим. от пер. слово Elysium (рай, блаженство) близко к написанию имени Elise, так что возможно имеется это ввиду)
Элис внезапно вырвала устройство из моего захвата своей свободной рукой, нажимая что-то на экране. — Если ты собираешься смотреть на это, ты можешь установить это как заставку.
— Что? Нет, блядь, — я выхватил свой Атлас обратно, обнаружив, что она уже сделала это и мое сердце врезалось в грудную клетку. — Как это отменить? — я никогда в жизни не устанавливал долбаную заставку. Как я должен был избавиться от нее?
Элис начала смеяться, явно не собираясь говорить мне об этом.
— Элис, — предупреждающе рыкнул я.
— Атлас прочь, мистер Драконис, — обратился ко мне Титан, его глаза угрожающе смотрели на ранговую доску. Но в данный момент я опережал Инферно в таблице лидеров, и упрямая часть меня просто не могла позволить ему вырваться вперед. Данте с надеждой взглянул на меня, и я с шипением засунул свой Атлас в карман.
— Эм… П-профессор? — позвал Юджин из передней части класса.
— Да, мистер Диппер?
— Я думаю, что кто-то, возможно, случайно пролил свое зелье на мое сиденье, когда я пошел к шкафу. — Парень выглядел готовым расплакаться, когда Брайс впал в безмолвную истерику, явно являясь виновником происшествия.
— О, — озабоченно вздохнул профессор. — Вы полностью застряли?
Юджин встал, чтобы доказать свою точку зрения, его стул крепко прилип к его заднице. Класс загудел, смех наполнил воздух и я взглянул на Элис, обнаружив, что она нахмурилась.
— Ну, тебе придется снять штаны, — сказал Титан, не пытаясь успокоить класс.
— Они пропитаны насквозь! — застонал Юджин и Титан затаил дыхание.
Профессор направился к нему, положив руку ему на плечо. — Боюсь, вам придется отправиться в больницу, мистер Диппер. Ведь Вечный Клейкий Бальзам, ну, вечный. Если он прилип к вашей коже, возможно, придется… удалить участок.
Юджин споткнулся, выглядя готовым упасть в обморок, пока Титан вел его к двери. Стул раскачивался взад-вперед на его заднице, как какой-то прикрученный утиный хвост, ударяясь о столы и других студентов.
Брайс записал все это на свой Атлас и я ухмыльнулся, получив локтем от Элис.
— Только не говори мне, что тебе нравится этот крысеныш? — я закатил глаза.
Она сложила руки. — Я просто не думаю, что есть необходимость издеваться над ним, — огрызнулась она, как будто я, блядь, это сделал.
— Брайс… — начал я, но она перебила меня.
— Это твой второй командир, верно? — она подняла бровь, затем развернулась лицом к зелью, продолжая помешивать.
Я уставился на нее, но она не повернулась ко мне лицом. Я ломал голову, глядя на нее и был сбит с толку. И я понял, что растерянность официально присоединяется к боли и похоти на моей эмоциональной шкале. Потому что Элис Каллисто оставляла меня в чертовом недоумении каждый раз, когда я «зависал» с ней.
***
Киплинги наконец-то доставили мой заказ, и я наконец-то получил порошкообразные кристаллы красной киновари, необходимые мне для работы над зельем. Оно было сложным, но я был более чем способен на это.
Я достал кость ястреба, которую оставил печься на солнце в течение семи дней, спрятав в роще на краю Эмпирейских Полей. Мне нужно было закончить это зелье. Ведь как только оно будет готово, я смогу наконец привести свой план в действие. Смерть приближалась на стремительных крыльях и я был ее предвестником.
Я вернулся в общежитие Вега, пробираясь сквозь толпящихся после занятий студентов и заставив нескольких из них отшатнуться от меня лишь одним взглядом. Вскоре, я вошел в свою комнату, закрыл дверь и направился к своему столу, включив там лампу и оставив все остальное пространство в темноте. Зелье, которое я варил в своем котле, выглядело как смола и было таким же густым.