— Присаживайся, если хочешь посмотреть шоу, bella, — предложил Данте, подводя меня к кабинке, стоявшей на приподнятой платформе сбоку от зала. Перед ней была приколочена красная занавеска, которую, как я догадалась, можно было опустить, если посетители решали, что хотят уединиться.
Перед VIP-зоной стоял вышибала со сложенными руками, но он явно узнал Данте, несмотря на его маску и пропустил нас.
Я опустилась в красное мягкое кресло, не отрывая глаз от сцены, а Данте направился в сторону, чтобы принести нам напитки.
Девушка, раскачивающаяся на шесте ближе всего ко мне, была в форме Медузы. Ее ноги обвились вокруг шеста и она раскачивалась в изящной петле, а змеи, составляющие ее волосы, тянулись к шесту и кружились вокруг него.
За ней, на другой стороне сцены, девушка трансформировалась в форму Сфинкса, ее золотое кошачье тело извивалось на шесте, а бикини со стразами оставалось на месте поверх ее шерсти.
Но больше всего моего внимания привлекла девушка на передней части сцены. Она была вампиром, как и я, поэтому единственным признаком ее орденской формы были удлиненные клыки, которые она обнажала во время танца.
Мужчины и женщины в первом ряду предлагали ей укусить себя за запястье между движениями, и она позволяла их крови вытекать изо рта и стекать по ее груди. Она была красива, со смуглой кожей и соблазнительными глазами, которые повернулись в мою сторону, когда она почувствовала мой взгляд на себе. Она зашипела на меня с вызовом, узнав другого представителя своего вида и я тут же обнажила зубы. Мое сердце забилось быстрее, когда она ухмыльнулась, опустилась на шест и сняла бюстгальтер, чтобы кровь потекла прямо по ее торчащим соскам.
— Видишь что-то, что тебе нравится, carina? — спросил Данте, опускаясь на сиденье напротив меня.
Я перевела взгляд со сцены и улыбнулась.
— Я имею в виду… мысль о том, что твоя кровь течет по моему обнаженному телу, не совсем меня отталкивает, — сказала я низким голосом.
Его взгляд переместился на сцену, затем вернулся ко мне и он провел языком по щеке, глядя на мою грудь в течение долгого момента.
— Меня это тоже не совсем меня отталкивает, bella, — поддразнил он.
От этого намека по моему телу пробежал жар и я резко вздохнула. — Но ты не можешь прикасаться ко мне, Данте.
— Нет. Но я могу смотреть на тебя.
— На что смотреть?
Он пожал плечами, его взгляд снова переместился на сцену, когда три девушки закончили свое выступление и зрители начали торговаться за время, проведенное наедине с каждой из них.
— Ты когда-нибудь пробовал танцевать? — спросила я, делая глоток коктейля, который он мне принес. Он был крепким и его фруктовый вкус дополнялся жжением в горле.
— Ты хочешь увидеть, как я поднимусь туда следующим? — спросил он со смехом. — У тебя есть фетиш на Драконов?
— Иногда бывает, — ответила я с ухмылкой. — Но я думала скорее о приватном танце.
Данте рассмеялся, звук был глубоким и темным, заставляя меня желать искупаться в греховных обещаниях, которые он содержал. Он сделал длинный глоток из своей золотой чаши, которую, очевидно, он везде брал с собой и я ухмыльнулась ему.
— Я уверен, что мог бы попробовать для тебя, bella, — ответил он. — Я провел здесь достаточно времени, чтобы знать, как это происходит. Но что я получу взамен?
— Что ты хочешь?
— Ну, если мы будем торговать приватными танцами…
— Кто говорил о торговле? Я просто хочу возбудить тебя.
— Взаимно, amore mio, — Данте ухмыльнулся, его глаза сверкали смелостью, от которой я не могла отказаться.
— Хорошо… Итак, кто первый?
Глаза Данте окинули меня долгим взглядом и он поднялся на ноги.
Он опрокинул свой бокал и указал на мой, чтобы я последовала его примеру.
Пока алкоголь продолжал обжигать мое горло, Данте поставил мой стакан и свой на пол. Он наклонился к вышибале, который все еще оставался неподалеку и что-то пробормотал ему, после чего тот удалился.
Я ожидающе посмотрела на него через стол и он схватил край деревянной столешницы, подняв ее так, что она сложилась у задней стены, где он закрепил ее на месте золотой цепочкой.
— Ого, они действительно продумали здесь все, — пошутила я, когда пространство между нами опустело.
Данте лишь ухмыльнулся, опустив красный занавес за пределами кабинки, так что мы вдвоем оказались скрыты в небольшом пространстве.
Свет приглушился, отсекая красное свечение клуба, а звуки за плотным занавесом были приглушены, так что казалось, что мы были совершенно одни.