Тарин не удивилась, обнаружив, что Райан умён, даже умнее Ретта. С ней он вёл себя как большой старший брат, в отличие от Доминика, который частенько спрашивал у неё, какого цвета на ней нижнее бельё, и пытался заглянуть ей под футболку.
Он был худшим извращенцем и постоянно пользовался грязными словечками, которые ему и не требовались – при виде него женщины и так пускали слюни. Казалось, ему просто нравилось вести себя как извращенец, и всё же, не любить его было невозможно.
Данте был ещё одним человеком, не любить которого было невозможно, но за его непринуждённым "я-не-отношусь-к-жизни-серьёзно", скрывалась проницательная, дипломатическая, очень наблюдательная личность.
Отказ Трея от неё, так или иначе, портил её счастливое состояние. Тарин понимала, что хорошо, что они не проводили вместе много времени.
Она понимала, что лучше бы ей не найти здесь счастья, когда она намеревалась покинуть это место. Тем не менее, Тарин было больно оттого, что она испытывала ощущение, что отчуждение Трея не имело с этим ничего общего, и связано с простым фактом, что он её не желал.
Серьёзно, кто хотел бы ночью лежать каждую ночь в одной кровати с тем, кто намеренно оставляет между вами пространство размером со слона?
Хуже того, Тарин не могла спорить с тем фактом, что всё ещё в каком-то смысле принадлежала Трею. Кто захотел бы принадлежать тому, кто этого не хочет?
Тарин уже рассматривала переезд в одну из гостевых комнат, но подозревала, что увеличение расстояние между ею и Треем ещё хуже повлияет на её волчицу.
Волчица Тарин была довольно беспокойной и несчастной, проведя неделю с минимальным контактом со своей парой.
Тарин была благодарна волчице, что хоть в одном они были совершенно согласны – они не станут умолять Трея, как бы плохо им не было.
Тарин утешала себя напоминанием, что всё это закончится недель через десять, а затем, если повезёт, она сможет присоединиться к стае своего дяди.
Тарин обрадовалась, обнаружив, что стая дяди имеется в сетях стай США. Она отправила ему милое дружеское сообщение, спросив, как он поживает и о прочей чепухе, и, естественно, не упомянула, что нашла в лице Трея истинную половинку.
Когда они разберутся с вызовом Даррила, только тогда Тарин раскроет эту информацию. Она надеялась, что сначала ей удастся создать альянс между Треем и альфой её дяди.
Это не только будет на пользу Трею, но и увеличит её шансы на то, что альфа согласится принять потом её в свою стаю.
Тарин вырвалась из своих мыслей, когда Калеб резко отпустил её руку и уставился на что-то за её плечом.
Тарин обернулась и увидела, что к ним направляется Трей, который выглядел таким же сексуальным и устрашающим, как и обычно. Сцена вторая: выглядеть влюблёнными.
Тарин не ожидала, что будет настолько эмоционально трудно сымитировать близость с человеком, но из-за неправдивости их отношений было всё странно и неловко.
К положительной стороне можно отнести то, что небольшой физический контакт с Треем немного успокоит её волчицу.
Трей схватил стул рядом с Тарин, развернул его к ней и сел, подняв Тарин с её места и усадив к себе на колени.
Трей не мог не восхититься тем, как Тарин хорошо во всё это вписывалась, и в то же время его это раздражало. А вот его члена это раздражение не коснулось, он быстро поднялся в поисках внимания, тем более что Тарин была в "нагни-и-трахни-меня" сапогах до колен.
– Привет. – Проведя носом по шее Тарин, чтобы глубоко вдохнуть её аромат, Трей легонько её поцеловал. Он соскучился по её вкусу. – Как поживает моя девочка?
– Отлично, – ответила Тарин, почти мурлыкая, когда Трей провёл руками вверх и вниз по её шее. Внутренняя волчица лениво потянулась, для неё не имело значение, что всё это показное. Всё, что было важно – это физический контакт с её половинкой.
Не в силах удержаться, Трей лизнул метку на её шее и улыбнулся, когда Тарин вздрогнула.
– Знаю, ты хотела провести время наедине с друзьями, но мне не нравится, когда ты слишком долго находишься вне поля моего зрения. – И то, что это правда, как заноза в заднице.
Несмотря на то, что Трей проводил с ней мало времени, он по-прежнему будет искать её по нескольку раз в день – обычно, каждые пару часов – просто чтобы проверить её.
– Всё в порядке. Я соскучилась. – Тарин потёрлась губами о его губы, а затем указала на своих нервно выглядящих друзей. – Да и Шайя с Калебом не возражают.
Он просто кивнул им, на что они слабо улыбнулись. Трей быстро вернул внимание к Тарин, поедая её глазами так, как обычно делал, когда никто за ними не наблюдал.
– Ты обратил внимание на команду моей безопасности?
Трей улыбнулся.
– Обратил. Одобряю.
– Могу поспорить, одобряешь, – проворчала она.
Трей без раскаяния пожал плечами и произнёс в соблазнительные губы Тарин.
– Мне нравится знать, что ты в безопасности.
– И тем не менее, ты не выгнал свою прирождённо злобную бабушку.
Трей усмехнулся и обхватил Тарин за талию.
– Знаю, сейчас с ней чуточку трудно, но она одна из тех людей, кто всё больше и больше нравится тебе.
– Нет, она как игрушка "шагающая пружинка".
– Шагающая пружинка?
– Ага. В основном бесполезна, но заставляет тебя улыбаться, когда спускаешь её по лестнице.
Трей рассмеялся, прежде чем прикусить и втянуть в рот мочку уха Тарин.
– Она изменит своё мнение.
Дрожь охватила тело Тарин, когда он зубами задел свою метку.
– Трей, ты не можешь так делать на людях. Это производит немного смущающий эффект. – Его абсолютно порочный смешок заставил её занервничать.
Естественно, ублюдок укусил её и оставил метку.
Решив, что небольшая месть не такое уж плохое дело, Тарин слегка поёрзала попкой по очень твёрдому члену Трея, который, может и не желал её, вот только тело всё равно реагировало на запах пары. Трей застонал ей в шею.
Трей знал, что может сейчас уйти. Они достаточно проявили свои эмоции и Тарин, возможно, еще есть о чём поговорить с друзьями.
Вообще-то, он должен был уйти, так как когда он появился, друзьям Тарин стало тревожно и неуютно, как будто они ждали, что он набросится на них или что-то в этом роде.
Но Трей не смог заставить себя оторваться от Тарин. Вместо этого он лениво развалился на стуле и подтянул свою пару так, что она опёрлась о его грудь.
– Не обращайте на меня внимание, продолжайте разговор. Я даже слушать не буду, уж слишком меня отвлекает твой запах. – Снова правда.
Посмотрев через плечо Тарин, Трей увидел Тао с завистливым выражением лица, которое он не потрудился скрыть.
Удерживая взгляд Тао, Трей запутался рукой в волосах Тарин собственническим жестом, напоминавшим, кому она принадлежит. Тао опустил глаза и продолжил смотреть в книгу. Интересно, а он в курсе, что та у него вверх тормашками?
– Как там мой отец? – поинтересовалась Тарин у Шайи, застонав, когда Трей начал легонько массировать её спину.
– Тебе хорошо, детка? – спросил он. Она кивнула.
– Чередует гнев на тебя с интересом, может ли ваше соединение принести ему больше пользы, чем твоё соединение с Роско, – ответила на вопрос Тарин Шайя, старательно наблюдая за ней и Треем.
– Так и думала, – пробубнила Тарин, прежде чем вновь застонать. – Трей, у тебя волшебные руки.
– Ты уже это знаешь, – Трей снова издал стон, когда по телу Тарин, прижатому к его груди, прошла дрожь от смеха, посылая различную вибрацию по его телу и очень твёрдому члену. Он расчесал её волосы пальцами. – Мне нравятся разные оттенки блонда в твоих волосах, и даже немного рыжего. – Очередная правда.
– А меня это раздражает. Как будто моя голова не может решить, какой цвет ей нравится больше.
– Меня тут мучает любопытство.
Тарин подняла голову и опёрлась подбородком о его грудь.
– По поводу?
Голосом, слишком тихим, чтобы его мог услышать кто-то помимо неё, он сказал:
– Ну, как бы мне ни нравилось, что там ты лишена растительности, я бы не прочь узнать, совпадает ли цвет ковра со цветом занавесок.