— Ты, должно быть, Эмбер, — тепло говорит он. — Поздравляю с победой в конкурсе.
Сияющая улыбка озаряет всё её лицо.
— Спасибо огромное! Вы не представляете, какая это мечта для меня.
Я перевожу взгляд с одного на другого, используя все свои актерские навыки, чтобы скрыть замешательство.
— А это, я полагаю, Чарли, — говорит Гейб, поворачиваясь к синеволосой девушке.
Моё тело каменеет. «Чарли» — это имя победительницы. Но эта молодая женщина совершенно не похожа на нескладного подростка с фотографий.
— Да, это Чарли, — подтверждает Эмбер. — Моя лучшая подруга, она поедет вместо меня.
Я бросаю ошарашенный взгляд на Гейба, но он и бровью не ведёт, значит, был в курсе рокировки.
Вопросы роятся в голове, но я прикусываю язык и, скрыв удивление, поворачиваюсь к Эмбер. Она внимательно наблюдает за мной. На её губах играет понимающая ухмылка — она явно заметила мою реакцию на «не-оранжевую» версию Чарли.
Лукаво Эмбер замечает:
— Пресса подложила ей свинью с той фотографией. Она была сделана сто лет назад, когда у Чарли еще был тот неловкий период «гадкого утенка». Очевидно же.
Очевиднее некуда.
Я стараюсь не смотреть на Чарли, хотя она смущенно откашливается. Эмбер продолжает за мной наблюдать — и это уже не тот фанатский взгляд, что был в начале. В её глазах горит огонёк, пугающе похожий на тот, что появляется у Саммер, когда та решает поиграть в сводницу.
Я скрываю тревогу и полное непонимание ситуации с подменой победительницы, делая шаг вперед к Гейбу. Самым бархатным голосом, на который способен, я произношу:
— Очень приятно познакомиться с вами обеими.
Улыбка Эмбер становится ослепительной, но Чарли остается странно беспристрастной. Она до сих пор не взглянула на меня: её взор мечется от собственных ног к пейзажу, к Гейбу, к Эмбер, но никогда не задерживается на мне. Я решаю, что она из категории «застенчивых, нервных фанаток», и, пытаясь разрядить обстановку, спрашиваю:
— Ты рада завтрашнему дню, Чарли?
Наконец её внимание переключается на меня. В глазах вспыхивает нечитаемая эмоция, она тут же отводит взгляд и бормочет с неприкрытым сарказмом:
— Жду не дождусь.
Мои брови взлетают вверх, даже Гейб выглядит озадаченным. Эмбер толкает подругу локтем и что-то шепчет ей на ухо, отчего плечи Чарли опускаются. Она вздыхает и снова поворачивается ко мне, на этот раз выдерживая взгляд.
— Прости. Джетлаг.
Я уже хочу сказать, что понимаю её как никто другой, но вспоминаю: победительница живет в прибрежном городке совсем недалеко от Сиднея. Я прищуриваюсь, распознав ложь, но она лишь невозмутимо смотрит в ответ, словно бросая вызов: «Ну давай, уличи меня».
Гейб вмешивается, прерывая нашу дуэль взглядов:
— Мы очень рады, что вы смогли встретиться с нами сегодня, хоть этой встречи и не было в графике. Но я подумал, раз уж мы все здесь, было бы здорово познакомиться поближе до завтрашнего утра. — Он переводит взгляд с одной на другую. — Вы проголодались? Может, пообедаем, а потом разомнем ноги на прогулке по тропам? Будет весело.
— Безумно весело, — говорит Чарли. Её улыбка даже отдаленно не напоминает искреннюю.
— Мы могли бы прокатиться на канатной дороге! — с энтузиазмом подхватывает Эмбер, явно пытаясь загладить странное поведение подруги. Она указывает за перила площадки: — Или на той жуткой штуковине.
Я прослеживаю за её пальцем и вижу Scenic Skyway — кабину с прозрачным дном, медленно скользящую по тросам высоко над долиной. Консьерж в отеле говорил, что это не совсем канатная дорога, но виды на тропический лес, древние ущелья и водопады оттуда открываются потрясающие. Я улыбаюсь Эмбер, отчего та краснеет, и отдаю свой голос за её вариант:
— Звучит отлично.
Она выглядит так, будто сейчас упадет в обморок от счастья, а Гейб — будто упадет в обморок от ужаса. Он никогда не ладил с высотой, несмотря на офис в небоскребе (который, по его словам, «совсем другое дело»). Бросаю взгляд на Чарли, но не могу понять, что она думает о Skyway. Ясно лишь одно: учитывая её настрой, не нужно быть гением, чтобы понять — она здесь не по своей воле.
Меня охватывает тревога. Я ни разу не допускал мысли, что человек, который пойдет со мной в завтрашнее приключение, может не быть моим фанатом. Эмбер выиграла конкурс, и с ней всё понятно, но Чарли…
Если я не смогу заставить её хотя бы симпатизировать мне или, по крайней мере, подыгрывать, пока работают камеры, я никогда не убедю студию, что меня стоит оставить. Моя карьера — моя жизнь — в её руках, а она об этом даже не подозревает.