— Что ж, тогда спокойной ночи, — сказала она, неловко потирая плечи.
Я постарался, чтобы моя улыбка была искренней:
— Спокойной ночи, Чарли. Не давай лесным букашкам тебя кусать. — Улыбка погасла. — Нет, серьезно, не давай. Они здесь, скорее всего, смертельно ядовиты.
Она негромко рассмеялась, и это тепло снова кольнуло меня.
— Спокойной ночи, Зандер. Увидимся утром. Если оба доживем.
На этой ноте черного юмора она скрылась в палатке, оставив меня наедине с треском костра, шумом реки и стрекотом сверчков. Непривычные звуки природы казались такими громкими, что я был уверен — не усну до рассвета.
Но я ошибался. Стоило закрыть глаза, как усталость взяла свое, и я провалился в сон.
Первое, что я услышал утром, был женский голос. Но не Чарли.
Я открыл глаза и увидел Скарлетт в окружении съемочной группы в черном. Они суетились по лагерю: Скарлетт о чем-то говорила с Хоком, а техники помогали Бентли менять оборудование.
Я со стоном сел. Тело было одной сплошной раной после вчерашних подвигов и сна на жесткой земле. Размяв шею и потянувшись, я медленно поднялся.
— Доброе утро, Зандер, — сказала Скарлетт, когда я подошел к ним с Хоком. — Как спалось?
Хруст моих суставов ответил за меня.
— Умоляю, скажи, что ты привезла кофе и на нашу долю? — взмолился я, вдыхая божественный аромат из её термокружки.
— Кофе ждет тебя в отеле. — Её карие глаза лукаво блеснули, когда она сделала глоток. — Получишь его в пятницу, когда вернешься.
— Жестоко, — выдохнул я, хотя другого ответа и не ждал.
Она рассмеялась:
— Чарли сказала то же самое.
— Она уже встала? — Я посмотрел на палатку.
— Ты единственный, кто умудрился проспать весь этот шум, — заметил Хок. — Она пошла вниз по течению умыться. Надеюсь, она делает это быстро, иначе заработает гипотермию.
Я вчера заходил в реку по колено и знал, что он не преувеличивает. Начало весны — вода не просто холодная, она ледяная. Но мне тоже хотелось освежиться, так что я уточнил направление и пошел в другую сторону. Я не решился заходить глубоко, но использовал запасной носок как мочалку и привел себя в порядок.
Когда я вернулся в лагерь, Чарли уже была там. Она подвинулась на бревне, освобождая мне место, и протянула горсть розовых ягод лилли-пилли со словами:
— Завтрак.
Не кофе, но и не дохлятина, так что я поблагодарил её и закинул ягоды в рот. Костер почти догорел, мы сидели в тишине, пока я не спросил:
— Ты знаешь, зачем приехала группа поддержки?
Она проследила за моим взглядом туда, где Скарлетт, Хок, Бентли и еще одна женщина изучали карту.
— Видимо, они планировали встретить нас еще вчера после ужина, но машины застряли на бездорожье, — ответила Чарли. — Как я поняла, они должны проверять нас в течение дня — нет ли травм, всё ли в порядке с оборудованием. А еще они пополняют запасы веревок — тех, что нам пришлось оставить на горе. — Она поправила себя: — Веревки. — Мы оба промолчали о том, зачем понадобилась вторая. — Всего этого не показывают в шоу, чтобы всё выглядело максимально сурово. Магия телевидения, понимаешь.
Я внимательно посмотрел на неё:
— Ты не кажешься удивленной.
Она пожала плечами:
— Ни для кого не секрет, что реалити-шоу — это постановка. Драма важнее правды. — Она потянулась и поморщилась. — Но вот боль в моих мышцах — самая что ни на есть настоящая. Я бы убила за грелку и таблетку ибупрофена.
— Аналогично, — согласился я. — Чувствую себя так, будто постарел лет на пятьдесят за одну ночь.
Хок и Скарлетт подошли к нам и даже не попытались скрыть усмешек.
— Выше нос, Прекрасный принц, — подмигнул Хок. — Разомнетесь и станет легче.
— Сильно в этом сомневаюсь, — пробурчала Чарли.
— Вы отлично справляетесь, — вступила Скарлетт. — Один день позади, осталось три. Вам хоть немного нравится? — Мы с Чарли посмотрели на неё таким тяжелым взглядом, что она откашлялась. — Мы скоро оставим вас, но заглянем еще раз позже сегодня. Наши разведчики не учли, как трудно здесь проехать на машинах — они-то шли пешком, как и вы. С поиском безопасных маршрутов для авто проблемы, но с Хоком вы в надежных руках.
К нам подошел огромный лысый мужчина и доложил Хоку: