— Веревка на ущелье закреплена, проверку безопасности прошли. Всё готово. Я велел Эрику и его команде ехать вперед к мосту у точки эвакуации. Пусть всё подготовят сегодня на случай, если погода испортится.
Я понял лишь часть, но мы с Чарли обменялись встревоженными взглядами.
— Спасибо, Хакс, — кивнул Хок. И спросил Скарлетт: — Что там с погодой?
— Пока ничего критичного, — ответила она, хотя Хакс красноречиво вскинул брови. — У побережья формируется циклон, мы за ним следим. Надеемся, он уйдет в океан. Если повернет к нам — я сообщу.
Я посмотрел вверх: небо было чистым и пронзительно голубым.
— А что будет, если пойдет дождь? — спросила Чарли.
— Мы промокнем, — с каменным лицом ответил Хок.
Скарлетт толкнула его локтем и пояснила Чарли:
— Ничего страшного, просто, возможно, придется сменить маршрут, чтобы избежать паводков в низинах. Или, если станет совсем опасно для машин, нам придется отозвать группу поддержки. Но сейчас поводов для беспокойства нет, так что выбросьте это из головы.
С этими словами Скарлетт свистнула своей команде, они невероятно быстро скрылись в лесу, и вскоре мы снова остались вчетвером.
— Пять минут на сборы, — скомандовал Хок, глядя на часы. — Нам предстоит большой переход, так что чем раньше выйдем, тем лучше.
Это был не вопрос, а приказ. Мы быстро доели ягоды, свернули парашюты и подхватили снаряжение. Я тихо выругался, взваливая рюкзак на плечи, но стоило нам начать движение, как мышцы разогрелись и боль действительно начала отступать.
Мы шли в гору несколько часов. Подъем был то пологим, то крутым, заставляя нас задыхаться и часто останавливаться. Мы почти не разговаривали, если не считать кратких справок Хока о местной флоре и фауне: синеязыкий сцинк, переползающий тропу; ядовитые грибы; сотни видов эвкалиптов; затянутая паутиной нора смертоносного воронкового паука… К счастью, серьезных разговоров Хок пока не заводил. Я подозревал, что он копит их на вечер, когда мы снова расслабимся. И я догадывался, о чем меня попросят рассказать миру:
О моем вождении в нетрезвом виде и реабилитации.
Я не горел желанием об этом говорить, в основном потому, что мне придется лгать и при этом выглядеть искренне раскаявшимся.
Но это проблема для будущего Зандера. Сейчас мне нужно просто пережить этот бесконечный подъем.
Как только эта мысль промелькнула у меня в голове, подъем закончился, а деревья начали редеть. Сделав еще несколько шагов, мы вышли на скалистое плато, похожее на тот обрыв, с которого спускались вчера. Но теперь перед нами была не гора, а гигантская трещина в земле, словно древний великан разрубил ландшафт пополам. Расстояние до противоположной стороны — метров тридцать, а глубина… в три раза больше, и всё дно усыпано острыми валунами.
То самое ущелье, о котором говорил Хок.
И глядя на веревку, натянутую над этой бездной, я понял: обхода не будет.
Мы пойдем прямо через него.
Глава 10
Чарли
Раньше я просто знала, что ненавижу Зандера Руна, но сейчас, глядя в бездну, разверзшуюся перед нами, я ненавижу его по-настоящему.
Хуже того, после всего, что он рассказал вчера у костра — о смерти родителей, о травле в школе, о том, как он не бросил Саммер, когда весь мир ополчился на нее, — я ненавижу то, что начинаю переставать его ненавидеть. Я не могу позволить себе симпатию к нему, но он делает это невозможным, чем больше я его узнаю. И все же… я понятия не имею, сколько из сказанного им — правда. Он профессиональный актер, и вся суть этого похода в том, чтобы заставить людей снова его полюбить.
Но даже так, я не могу отделаться от мысли, что это не просто игра. Есть вещи, о которых он умолчал: он лишь вскользь упомянул родителей и своего лучшего друга Мэддокса, прежде чем сменить тему. Ровно столько, чтобы создать видимость открытости, на самом деле скрывая главное. Не знаю, почему… и не знаю, почему меня это вообще волнует.
В чем я точно уверена, так это в своих чувствах при взгляде на ущелье, к которому мы подошли опасно близко. Каждый инстинкт самосохранения внутри меня орет: «Беги отсюда, быстро!».
— К нашему несчастью, — говорит Хок, — если мы хотим добраться до точки эвакуации вовремя, нам придется это пересечь.
Он использует слово «несчастье», но в его лице нет ни капли сочувствия. Ему бы поучиться актерскому мастерству у Зандера.
— А мы не можем это обойти? — спрашиваю я, оглядываясь по сторонам. Обзор закрывают густые деревья.
— Неизвестно, сколько времени это займет, — отвечает Хок. Я уверена, что это ложь. Его разведчики наверняка проработали варианты, но эта переправа — чистый контент для зрителей. Кому интересно смотреть, как мы весь день просто гуляем по лесу, если можно снять смертельно опасный трюк?