Я стону и слабо толкаю его в плечо.
— Спать сейчас. Смотреть потом.
Зандер смеется, затем берет меня за руку и тянет вверх. Он издает невольный стон боли, напоминая мне, что всего несколько часов назад он был фактически мертв. Эта вспышка воспоминаний мгновенно прогоняет остатки сна.
— Тебе нужно отдыхать, — строго говорю я.
— Буду. Через минуту. Я просто выходил за дровами.
Я бросаю взгляд на свежее пламя в костре.
— Нужно было разбудить меня. Я бы…
— Я в синяках, но не сломлен, — прерывает он, сжимая мою ладонь, и я только сейчас осознаю, что наши пальцы всё еще переплетены. — К тому же мне нужно было размяться. Кто знал, что если падать с такого количества обрывов за столько дней, будет болеть каждая клеточка тела?
Он говорит шутливо, но я всё равно морщусь — за эту поездку мы действительно налетались сполна, и на каждом из нас полно отметин.
Я неохотно иду за ним. Он выводит меня из пещеры в прохладный ночной воздух. Наша верхняя одежда всё еще сохнет, и я невольно прижимаюсь к нему ближе, когда по коже пробегают мурашки.
— Это недалеко, — обещает он, ведя меня в залитый лунным светом лес. Земля чавкает под нашими ботинками. Интересно, как давно закончился дождь? И как долго я спала, прижавшись к Зандеру, прежде чем он решил устроить этот полуночный поход? И почему-то самой нелепой мыслью в моей голове оказывается надежда на то, что я не пускала на него слюни во сне.
— Вот здесь, — говорит Зандер, указывая на небольшой подъем, на вершине которого высится нагромождение скал.
— Очень мило, — констатирую я, когда мы добираемся до места. Я понятия не имею, зачем он вытащил меня из теплой пещеры ради кучи валунов в лунном свете. — Теперь мы можем вернуться в постель?
Я тут же смущаюсь своей формулировки, но Зандер лишь тихо смеется:
— Мы еще не пришли.
Он указывает пальцем вверх, и я замираю, понимая, что он намерен залезть на эти скалы.
— Тебе не кажется, что на сегодня мы достаточно испытывали смерть? — спрашиваю я. — Давай не будем искушать судьбу.
Зандер закатывает глаза и тянет меня за собой.
— Ну же, Чарли, где твой дух авантюризма?
— Он остался в отеле, во вторник, — отчеканиваю я.
— Лгунья, — он одаряет меня улыбкой, от которой пальцы на ногах поджимаются. — Если не считать вышеупомянутых смертельных «иканий»…
— Ты называешь это иканием?
— …были моменты в этом походе, которые тебе понравились, — заканчивает он. — Признай это.
Я и не подумаю ничего признавать. Я продолжаю тянуть руку назад.
— Мы упадем и разобьемся. На этот раз по-настоящему.
Зандер перестает тянуть меня и поворачивается лицом к лицу. Он так близко, что наши ботинки соприкасаются.
— Помнишь, что я сказал тебе, когда мы собирались прыгать из вертолета?
— Ты имеешь в виду момент, когда ты нас вытолкнул? — поправляю я. — Прыжка не было. Это было сугубо принудительное перемещение с моей стороны.
Его губы дергаются, но он молчит, ожидая моего ответа. Я опускаю взгляд и едва слышно шепчу:
— Ты сказал, что не позволишь со мной ничего случиться.
Он снова сжимает мою руку.
— Я говорил это тогда и говорю сейчас. Я не дам тебе упасть, Чарли. Обещаю. — Он делает паузу, вдыхает и спрашивает так тихо, что я едва слышу: — Ты мне веришь?
Я закрываю глаза, борясь с эмоциями. Я помню, как в прошлый раз на этот вопрос я набросилась на него, заявив, что не верю и никогда не поверю. У меня были причины, но всё же… он не заслуживал такого обращения.
— Прости за то, что я наговорила тебе раньше, — шепчу я, снова глядя ему в глаза.
В его взгляде — только понимание и прощение.
— Я знаю. — Его серьезное лицо снова становится озорным. — Можешь загладить вину прямо сейчас.
Я с опаской смотрю на валуны.
— Если мы свернем шеи…
— …то это будет отличный опыт для укрепления отношений, — заканчивает за меня Зандер, совершенно не принимая мои страхи всерьез. — Пойдем, Чарли. Пока мы всё не пропустили.
Любопытство берет верх, и я нерешительно следую за ним вверх по камням. Мы карабкаемся всё выше, обходя мшистые участки, пока не оказываемся над кронами деревьев. На самой вершине мы усаживаемся на большой плоский валун.
Глядя на бескрайнее море леса, сверкающее под луной, и горы, кольцом окружающие нас, я вынуждена признать — вид потрясающий. Но когда я поворачиваюсь к Зандеру, он смотрит не на пейзаж.
Он смотрит вверх.
Я следую за его взглядом, и у меня перехватывает дыхание. Я никогда не видела такого чистого неба. Млечный Путь кажется таким близким, будто до него можно дотянуться рукой.