— А я говорил.
— Ладно, — смеюсь я. — Теперь у тебя есть повод побыть самодовольным всезнайкой.
Он отстраняется и подмигивает:
— Я самодовольный, только когда знаю, что прав. А я обычно прав.
Мы выбираемся на сушу и выходим через расщелину в скале наружу. Лес снова смыкается вокруг нас. У нас осталось меньше трех часов до вертолета. Мы перекуриваем (точнее, перекусываем ягодами вомбата) и обсуждаем будущее.
Чарли признается, что первым делом хочет поехать в Исландию — увидеть ледяные пещеры Ватнайёкюдль и северное сияние. Зандер слушает ее с нежностью, а потом признается, что его будущее туманно: всё зависит от того, оставят ли его в проекте «Война Титанов».
— Ты великолепный, Зандер, — говорю я ему совершенно серьезно, прижимая палец к его сердцу. — То, что у тебя внутри, гораздо красивее твоей внешности. Любой, кто этого не видит — идиот. Они тебя не заслуживают.
Он благодарит меня, и между нами снова вспыхивает то самое напряжение, которое мы оба боимся признать. Но время не ждет.
Мы срываемся на бег. Лес, камни, кустарники пролетают мимо. Мы бежим в гору, пока земля не выравнивается. Впереди слышен рев воды.
— Река! — задыхаясь, кричу я. — Мы почти на месте!
Деревья расступаются, и мы замираем на краю обрыва.
Это «сорт оф» река. Она ревет глубоко внизу, на дне отвесного, неприступного ущелья. А перед нами…
— Твою мать… — выдыхаю я.
Древний, прогнивший подвесной мост. Веревки истлели, доски едва держатся. Я ищу страховочные тросы, о которых говорил Хоук, и нахожу их…
Они беспомощно болтаются на той стороне ущелья.
Это значит только одно: если мы хотим успеть на вертолет, нам придется перейти этот умирающий мост без всякой страховки. И один неверный шаг станет для нас последним.
Глава 19
Зандер
Осознавая всю опасность стоящей перед нами задачи, я мысленно выкрикиваю все ругательства, которые когда-либо знал. Они становятся только громче, когда я смотрю на страховочные тросы, свисающие с дальней стороны моста — они покачиваются на ветру, словно издеваясь над нами.
— Должно быть, дождь размыл крепления с этой стороны, — говорю я, проклиная наше вечное невезение.
Чарли сверлит их взглядом.
— Вот тебе и «безопасность».
Я содрогаюсь при мысли о том, что могло бы случиться, если бы мы использовали эти тросы в тот момент, когда они оборвались. И содрогаюсь снова, понимая масштаб того, с чем нам теперь придется столкнуться.
— У нас пятнадцать минут, — мрачно говорю я, сверяясь с часами. — Хоук сказал, что как только мы перейдем мост, останется только пройти через те деревья — я указываю на небольшую рощицу на той стороне, — и мы должны найти поляну для вертолета.
— Это всё замечательно, — отзывается Чарли, ее голос натянут от страха, — но чтобы добраться до этой поляны, нам нужно выжить. А я не слишком уверена, что это произойдет.
У меня тоже есть сомнения.
— Решать тебе. Если ты готова попробовать — мы пойдем. Если нет — не пойдем.
Чарли издает разочарованный звук.
— Не перекладывай на меня эту ответственность! Если мы погибнем, ты будешь преследовать меня вечно, обвиняя в своей преждевременной смерти.
Несмотря на нарастающий ужас, мои губы кривятся в улыбке.
— Не думаю, что призраки могут преследовать других призраков.
— Ты найдешь способ. Ты такой же упрямый, — лицо Чарли смертельно серьезно. Но затем она снова вздыхает и говорит: — Мы должны перейти. Ни за что на свете я не вернусь в тот подводный туннель, чтобы идти обратно к Хоуку и Бентли. Мы не знаем, сколько времени нас будут искать спасатели. Это наш лучший шанс. Через пятнадцать минут мы можем уже лететь домой.
«Или лететь на дно ущелья», — думаю я, но молчу, потому что согласен: мост — наш единственный путь.
Решение принято, и медлить нет смысла. Я делаю шаг вперед.
— Я пойду перв…
— Нет. — Чарли хватает меня за руку, удерживая. — В этот раз первой пойду я. — Ее лицо бледное, но решительное. — Некоторые доски выглядят так, будто рассыпаются от малейшего прикосновения. Ты тяжелее меня. Если одна сломается подо мной и я упаду, ты сможешь меня поймать. В обратном порядке это не сработает.
— Знал же, что не стоит есть тот бургер в Катумбе, — бормочу я, потирая плоский живот.
Чарли стонет.
— Не смеши меня сейчас. Мне нужна вся концентрация, чтобы не грохнуться в обморок.
— Это тот момент, когда я должен напомнить тебе, что ты сама хотела «великих приключений по всему миру»? — сухо спрашиваю я.