Гейб теперь стоит рядом с ней, но не он причина такой реакции Зандера.
Причина в двух других людях, которые появились рядом, и оба улыбаются так же неуверенно, как Скарлетт.
Моя оглушительная сирена сменяется мгновенной, гробовой тишиной.
Потому что Хоук и Бентли здесь.
И на них нет ни единого перелома.
Глава 21
Зандер
— Что, черт возьми, происходит? — выдыхаю я, не в силах поверить в то, что вижу. В то, на кого я смотрю.
Я чувствую оцепенение Чарли как свое собственное, потому что оно и есть мое. Но она берет себя в руки быстрее меня и тянет меня в центр фойе. Эмбер и мужчина, который, как я полагаю, является отчимом Чарли, приклеились к нам как банный лист, но я едва замечаю их, слишком отвлеченный группой людей перед нами.
Хоук и Бентли. В голове не укладывается, что они здесь. Они должны ждать спасения у подножия горы, а не стоять перед нами без костылей, гипса или каких-либо признаков того, что один из них вообще был ранен.
В животе рождается нехорошее предчувствие. Я подозрительно кошусь на своего агента, но по лицу Гейба невозможно понять, оправданы ли мои опасения. Я перевожу взгляд на остальных троих, ожидая объяснений.
— Прежде чем мы ответим на ваши вопросы, — начинает Скарлетт, — кому-то из вас требуется срочная медицинская помощь? У вас было несколько инцидентов на грани, которых мы не предвидели, так что скажите, если вас нужно осмотреть сейчас, или вы можете подождать до конца разговора.
От ее слов я каменею. В памяти всплывает то, что Эмбер прокричала Чарли: «Ты чуть не погибла! А Зандер вообще умер!»
Предчувствие превращается в ледяной ужас. Я снова смотрю на стойку администратора — на экран телевизора, где больше не показывают нас в фойе, а транслируют нечто совершенно иное.
Голос Чарли доносится словно издалека, она спрашивает, откуда Скарлетт знает о наших «инцидентах». Я онемевшими руками разворачиваю её к телевизору, чтобы она сама увидела ответ.
Идет выпуск новостей. Журналист сидит на фоне экрана, на котором крутят нарезку кадров из первых дней нашего похода: прыжок из вертолета, спуск на тросе со скалы, первый узкий каньон, переправа через ущелье, восхождение на гору…
Но на этом видео не заканчивается.
Дальше показывают оползень.
И то, как мы падаем в озеро у подножия горы.
У меня в голове бьется одна мысль: Бентли потерял камеру при падении. Этих кадров не должно существовать.
Как не должно существовать и всего, что следует далее:
Мы с Чарли продолжаем путь вдвоем.
Наше падение с водопада в бурлящую реку.
То, как она делает мне искусственное дыхание, спасая мне жизнь.
Как мы обнимаемся под звездами.
Подводный туннель и то, как она чуть не утонула.
Наш безумный бег по рушащемуся мосту.
Чарли снова спасает мне жизнь… и вот я лежу на ней, наши губы всё ближе и ближе…
Кадры гаснут. На экране сияет репортер, что-то вещая без звука, но мне не нужны слова, чтобы всё понять.
Нас развели.
Я впиваюсь яростным взглядом в Скарлетт, Хоука и Бентли. В руках у Скарлетт я вижу знакомую серебристую коробочку — она открыта и пуста.
Нано-дроны.
Их никто не отключал.
Всё, что мы делали, каждое слово, которое произнесли…
Всё это было поймано камерами и показано всему миру. Причем в прямом эфире, если судить по тем кадрам из фойе.
Чарли стоит так близко, что я не понимаю, кого из нас трясет сильнее. Я чувствую себя изнасилованным. Миллионы людей слышали мои самые откровенные слова. Всё, что я рассказал о смерти родителей, о Саммер, о Мэддоксе, о… Боже, о наркотиках и вождении в нетрезвом виде. Меня сейчас стошнит. Чарли тоже раскрыла вещи, которые никогда не хотела бы делать публичными: свое горе, мысли о жизни и будущем. Мы делились самым сокровенным, даже не подозревая, что у нас есть зрители.
Я сглатываю желчь и смотрю на Хоука, Бентли и Скарлетт. Игнорируя вопрос о здоровье, я процеживаю сквозь зубы:
— Кто-нибудь. Начнет. Говорить. Сейчас же.
— Это была моя идея, — подает голос Гейб. — Моя и Валентины.
Сердце уходит в пятки. Мои страхи подтвердились, хотя я всё еще не до конца понимаю «зачем».
— Кто, черт возьми, такая Валентина? — голос Чарли звучит хрипло. Она тоже осознала масштаб обмана.
— Валентина Мартинес, режиссер «Войны Титанов» и близкая подруга Райкона, — говорит Гейб, кивая на Хоука. — Именно она договорилась с ним и шоу «Дикий мир Хоука», чтобы помочь исправить твой имидж, Зандер. Но первые прогнозы показали, что одной серии недостаточно, чтобы добиться нужного результата в такие сжатые сроки. Поэтому мы придумали транслировать весь ваш поход, по крайней мере, часы бодрствования, чтобы вызвать больший интерес у публики. Реалити-шоу без купюр.