Рядом с ним все мы казались немыми и вообще неживыми.
Вернер внес в комнату поднос, на котором стояла бутылка вина и бокалы. Леди Фриск встретила появление Вернера холодной улыбкой.
— Как поживает баронесса? Она расстроится, когда узнает о болезни Амброуза. Ваша небольшая… компания может после этого развалиться. — После этих слов леди Фриск замолчала и больше не обращалась к Вернеру до конца вечера.
— Расскажи, чем занимаются ядерные химики, — обратилась я к Элмеру, так как неловкая пауза затянулась.
— Подруга, я занимаюсь Солнцем. — Элмер откинулся в кресле и выбросил вперед руки, чтобы подчеркнуть величие объекта, который изучал. — Глубоко под поверхностью Солнца беспрерывно происходят ядерные реакции. Они-то и являются предметом моего интереса, милашка. — Я заметила, как на лице леди Фриск появилось выражение отвращения. — Шарлотта и я пытаемся выяснить, не изменился ли состав Солнца. Ты когда-нибудь слышала о космической радиации?
Я отрицательно покачала головой. Мои познания о космосе ограничивались скудной информацией, которую я почерпнула на уроках астрономии в школе. Мне было невероятно сложно представить, что эта огромная звезда состоит в основном из водорода и гелия, понять, что такое пульсация ионов и электронов, сталкивающихся в бесконечном пространстве. Элмер попытался восполнить пробел в моем образовании. Из его эмоционального рассказа я с трудом поняла лишь десятую часть. Прим подала мне знак. Мы отправились в столовую, чтобы завершить приготовления к ужину. Бар увлеченно беседовала с Вернером. Она не заметила нашего отсутствия.
— Мне понравился Элмер, — сказала я, помешивая яблочный соус деревянной ложкой. Прим тем временем возилась с утками и картофелем. — Хватит ли двух уток на восемь человек?
— Утки большие. Давай приготовим рулеты из бекона на всякий случай. Интересно, что он нашел в Шарлотте: довольно мила, но ничем не примечательна. Возможно, потому что всю жизнь была у матери на поводу.
Вспышка молнии осветила кухню. Удар грома заставил Хлою задрожать и тесно прижаться к моим ногам. Бальтазар занял место под раковиной и встречал всех непрошеных гостей злобным рычанием.
— Очевидно, его привлекает научный склад ума. А она таким образом восстает против назойливой опеки.
— Хотела ли я восстать?.. — Прим потянулась губами к подливке в ложке, пробуя, достаточно ли птица посолена. Прим выглядела восхитительно в старомодном, зеленом в горошек платье мисс Глим и без своей привычной кепки. В первый раз я увидела ее такой женственной. — Мне было двадцать, когда поколение цветов заявило о себе. Я чувствовала себя слишком старой, чтобы отправиться в Непал и присоединиться к коммуне хиппи. Кроме того, я терпеть не могу хаоса. Мне всегда нравился порядок. Жизнь среди оборванных философов и обкурившихся мечтателей приводила меня в ужас. Очевидно, я родилась не в свое время.
— Восстать против общепринятых норм — роскошь, которую не каждый может себе позволить. Я знакома с несколькими художниками, которые бросили школу искусств и стали хиппи. Коммуны не в состоянии обеспечить себя, там всем приходится тяжело работать. Мир и любовь не производят денежных знаков. Время от времени находится кто-то достаточно богатый, кто обеспечивает других. Прекрасная идея, которая приводила в восторг молодежь в шестидесятые, превратилась в обман.
Прим вздохнула:
— Боюсь, что молодежные увлечения обошли стороной Южный Дорсет. Мальчики, бывало, отпускали волосы до плеч, а девочки носили индийские сари, но идеологическая составляющая при этом отсутствовала. Ты заметила, какие длинные ногти у Элмера? А жемчужный лак на ногтях? Мне никогда не удавалось отрастить ногти такой длины. — Прим вытянула пальцы и хмуро осмотрела свои квадратные с заусеницами ногти. — Думаю, что пижонство Элмера — это вызов. Он желает показать, что не собирается считаться со стереотипами. Мне нравится эта черта…
— О ком вы говорите? — спросил Эдвард, входя в кухню. Плащ на его плечах и спине потемнел от влаги. — Я начинаю ревновать.
— О черт! Из-за тебя я пролила горячую подливку на руку. Что ты здесь делаешь?
— Я не смог войти через парадную дверь, потому что вплотную к дверям припаркованы «ленд ровер» и этот желтый монстр. Мне пришлось парковаться на заднем дворе и пройтись пешком. Вер позвонил полчаса назад и пригласил на ужин. Он сказал, что не хватает еще одного мужчины. Что вы делаете на кухне? Что случилось с Сисси Глим? — Эдвард подошел поближе, наклонился и поцеловал Прим. Бальтазар глухо зарычал, но сразу же успокоился. — Ты сегодня замечательно выглядишь.